Книга Письма из Терра Арссе, страница 16 – Татьяна Миненкова

Учитель был гораздо старше меня, но волшебники всегда выглядят моложе своих лет, и сколько себя помню, он всегда был крепким мужчиной, примерно тридцати-сорока лет и за двадцать четыре года нашего знакомства не постарел ни на миг.

Мне, не знавшему родителей, Учитель заменял отца и друзей, которых у меня никогда не было. Пока все не перевернулось с ног на голову пару дней назад.

— Два дня назад, разговора у нас не получилось, — снова задумчиво произнес он. Будто прочел мои собственные мысли. — Ты ведь понял, для чего я хотел провести тот ритуал?

По спине пронесся табун неприятных мурашек. Учитель, вероятно, ожидал ответа на свой вопрос. Как раньше, когда мы могли вести долгие философские беседы здесь же, в библиотеке, рассуждая о том и о сем. Когда он рассказывал мне увлекательные истории из своей жизни или читал выдержки из древних трактатов о Терре.

Я не знал его имени. Так было заведено, что Следующий не должен был знать имен тех, кто его окружает, а если вдруг узнавал ненароком — получал дополнительную дозу эликсира забвения.

И, хоть его имя было мне неизвестно, Учитель являлся для меня самым значимым человеком в жизни, как бы пафосно это не звучало. Тем, кого я знал столько, сколько себя помнил. Тем, кто научил меня всему, что умел. Тем, кто меня предал и тем, кто теперь, кажется, собирался убить.

— Признаюсь, я хотел позаимствовать твою силу. Слишком велик был соблазн, когда собственная магия на исходе, а твоя — такая свежая и бьющая ключом, совсем рядом…

Под его тяжелыми шагами мерно поскрипывали половицы. С улицы не доносилось ни звука и в тишине был слышен каждый шорох.

И я с трудом удержался от вздоха. Учитель признал то, до чего я успел догадаться и сам, но где-то в глубине души, еще теплилась надежда на то, что он скажет что-нибудь другое. Как-то оправдает свой поступок. Даже соврет. Мне настолько хотелось вернуть наши доверительные отношения, что я готов был ему поверить. Но в эту минуту внутри словно сломалось нечто важное. И я, осторожно опершись здоровой рукой об одну из полок, беззвучно поднялся на ноги, вслушиваясь в продолжение монолога.

— Когда я читал о ритуале передачи силы раньше, в теории все казалось проще. К тому же, я надеялся, что успею к нему подготовиться, а твой дар проснулся столь неожиданно…

Моя рука сжала деревянную полку так сильно, что дерево издало тихий треск и пришлось взять эмоции под контроль. Надо же! Он и правда оправдывается, но не за то, что предал, а за то, что не сумел довести начатое до конца.

Вспомнил, как вбежал в его кабинет, совершенно не замечая боли в сломанной руке от переполнявшего меня адреналина и сообщил о том, что мой дар, наконец, проснулся. Ведь я так ждал этого дня. Мы оба ждали. Только, как оказалось, по совершенно разным причинам.

Я думал, что он направил на меня сложенные в магическом жесте пальцы для того, чтобы помочь с переломом, но, когда Учитель без объяснений стал читать незнакомое заклинание — насторожился.

С руки мага сорвался ледяной вихрь, и я успел уклониться, а большое настенное зеркало за моей спиной разлетелось вдребезги.

Дальше я двигался, скорее, на инстинктах и машинально отскакивал, перекатывался по засыпанному зеркальными осколками полу, спасаясь от новых атак. Помогли многолетние боевые тренировки.