Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 89 – Анастасия Энковская

— Хорошо, — сказала я, поднимаясь. — Но только по саду. И не потому, что вы меня уговорили, а потому, что я сама хочу пройтись.

— Разумеется, — отозвался он с той невозмутимой интонацией, которая всегда бесила особенно сильно. — Я и не претендую на победу там, где вы еще не готовы мне ее отдать.

— Вот именно поэтому я иногда хочу запустить вам чем-нибудь в голову, — пробормотала я, проходя мимо него к двери.

— Я начинаю подозревать, что это у вас универсальный способ выражать симпатию.

Я резко обернулась, но он уже посторонился, пропуская меня вперед, и в его лице мелькнуло что-то почти похожее на насмешку. Очень легкую. Очень короткую. Но живую. И, к моему глубочайшему раздражению, именно такие мгновения делали его менее похожим на безупречный драконий памятник самому себе.

В саду было хорошо. Не показательно красиво, как в замке, где каждая дорожка, клумба и статуя будто заранее знали, под каким углом на них должны смотреть гости. А спокойно. Живо. Вечер уже лег на деревья мягкой синевой, воздух остыл, стал чище, влажнее, и где-то в траве стрекотало что-то местное, не очень похожее на земных сверчков, но старательно исполняющее ту же функцию: напоминать, что мир по вечерам обязан звучать тише.

Мы пошли по дорожке медленно. Я сразу заметила, что Арден подстроился под мой шаг. Не демонстративно, не так, чтобы это можно было записать в отдельный пункт ухаживания, а просто сделал это. И я, конечно, тут же это отметила. Как и то, что он не пытался взять меня под локоть, не нависал, не становился слишком близко. Просто шел рядом. Высокий, молчаливый, в темном на фоне бледнеющего сада, и на удивление не портил вечер одним своим присутствием так сильно, как я ожидала.

Очень подозрительное начало.

Сначала мы молчали. И это молчание, к моему удивлению, не было неприятным. Не давящим. Не тем, в котором каждый ждет, кто первым скажет что-нибудь колючее. Просто тишина двух людей, которые пока еще не решили, хотят ли они разговаривать или лучше позволить саду сделать это за них.

Потом Арден все-таки произнес:

— Вы сегодня гораздо спокойнее.

Я скосила на него взгляд.

— Это претензия?

— Наблюдение.

— После ваших последних попыток ухаживания я начинаю относиться к слову «наблюдение» с осторожностью.

Он чуть повернул голову в мою сторону.

— А после ваших ответов я начинаю понимать, что осторожность в разговоре с вами вообще полезный навык.

Я тихо хмыкнула. Да уж. Это, пожалуй, было близко к правде.

Мы дошли до той части сада, где дорожка делала плавный поворот мимо низких кустов и старой скамьи под деревом. Скамья была каменная, чуть теплая еще после дня, и мне вдруг захотелось сесть. Не потому, что я устала до дрожи — хотя и это тоже, — а потому, что вечер вокруг стал совсем мягким, располагающим к чему-то более длинному, чем перебрасывание колкостями на ходу.

Я опустилась на край скамьи первой. Арден сел рядом, но не слишком близко. И вот тут мне стало уже совсем странно. Потому что, если убрать из уравнения принудительные брачные планы, драконью самоуверенность и весь тот чудесный набор обстоятельств, при которых мы вообще познакомились, этот вечер можно было бы назвать… приятным.

Очень нехорошее наблюдение.

Я тут же внутренне насторожилась, как будто сама себе собиралась устроить допрос с пристрастием. Но факты оставались фактами: воздух был хорош, сад — тих, Арден — молчалив ровно в той мере, чтобы не бесить, и рядом не происходило ничего такого, от чего мне хотелось бы немедленно уйти обратно в дом.