Книга Ножницы, страница 40 – Анна Завгородняя

Гордой я не была, поэтому с благодарностью приняла помощь.

Из дворца мы выходили тем же путем, которым и шли сюда. Уже на дороге я вдруг заметила свет фонаря и стук копыт. Судя по тому, что свет приближался, вывод напрашивался сам собой: это ехал экипаж.

Вцепившись в руку фон Эберштейна, я замерла, снедаемая дурным предчувствием.

Неужели, это Рихтер? Неужто он почувствовал мою магию и теперь спешит поймать беглянку?

— Что это за карета? – Максимильян разделил мою тревогу, обратившись к баронессе. – Мне казалось, ночью дворец закрыт для посещения?

Лорелей прищурила взгляд, устремив его на экипаж. Расстояние между нами слишком быстро сокращалось, и я интуитивно попятилась назад, выскользнув из рук графа.

— Возможно, гонец? – предположила Леннинген. – На границе сейчас неспокойно…

— Это он. – Слова сорвались с губ еще до того, как я почувствовала опасную близость Вайнса.

Вскинув руку, я нащупала заветный ключ на груди. Вытащив его наружу, не удержала слабый стон разочарования: артефакт не успел зарядиться, даже несмотря на то, что сегодня я порядком потратила сил. А значит, ускользнуть от колдуна привычным способом не получится!

— Это Рихтер? – спокойно спросил Уве.

— Он и, скорее всего, не один. – Я бегло огляделась, пытаясь отыскать путь к спасению и тут же поняла, насколько это бессмысленно. Не сомневаюсь, он уже меня почувствовал. Бежать? Вряд ли это что-то даст. Драться? Но я очень слаба, а мои спутники... Вот уж чьими жизнями мне не хотелось рисковать, даже ради своей. В тоже время я понимала: они меня не бросят. Даже если попрошу это сделать.

— Успеем уйти? – уточнил Максимильян.

— Не от него. – Я не пыталась бежать, сознавая, что это станет бесполезной тратой сил, которых во мне и так осталось мало.

Баронесса бросила взгляд на черный экипаж. Вот он остановился. Между нами пролегли добрых десятка три шагов. Лорелей быстро смекнула, что к чему, и произнесла:

— Возвращаемся во дворец.

Я кивнула. Все равно других вариантов не предвиделось. Но, прежде чем повернуться спиной к учителю, с замиранием сердца увидела, как кучер ловко спрыгнул с козел, отложив в сторону поводья, а следом из экипажа в распахнувшуюся дверцу, вышли ученики Рихтера. Я знала обоих. Ганс и Ирма. Первый обучал меня искусству боя холодным оружием, вторую обучала уже я. И, к сожалению, сделала это слишком хорошо, поэтому отлично знала, что эта троица, не считая Рихтера, чертовски опасна.

— Отходите к дворцу, — попросила, толкнув в плечо графа, надеясь, что колдун не ударит в спину. Ведь ни Макс ни Уве Рихтеру не интересны. Побеги я — вряд ли сумею достичь спасительной двери. Учитель об этом позаботиться.

— И не подумаю, — прозвучал ответ. Фон Эберштейн остался рядом, словно крепкая мраморная колонна, вросшая в землю. Такого не сдвинешь, даже если очень постараешься.

— Ну же! – позвала Лорелей, но, заметив, что я и не думаю бежать, а мужчины остались рядом со мной, резво развернулась и бросилась к черному ходу.

Я не обернулась, чтобы проводить ее взглядом. Страх Леннинген был мне неприятен, но понятен. Баронесса была готова умереть за будущую кенинг, но не собиралась рисковать ради гувернантки графа фон Эберштейна, даже несмотря на то, что я несколько раз помогала ей.

— Хельга! – произнесла Ирма и жестко улыбнулась.