Книга Падшая, страница 67 – Ольга Росса

Я с трудом поднялась со стола, встав на ноги. Женщины под руки вывели меня из ванной и провели в спальню. Стоя обнаженной перед зеркалом, я смущенно провела ладонью по бедру, ощущая нежную и гладкую кожу. Да, действительно приятные ощущения, Нэшел был прав. И тут я поняла, для чего иттихадийцы придумали эту процедуру по удалению волос, для усиления ощущений во время акта любви после обряда. Щеки мои вспыхнули от догадки, и мне вспомнился поцелуй в саду, который произвел на меня будоражащее впечатление. На секунду я представила, как мужская ладонь скользит по моему бедру вверх. И ладонь эта принадлежит Бреннану. Что за фантазии?! Я встряхнула головой, отгоняя наваждение, и отвернулась от зеркала.

На кровати лежал готовый наряд для обряда. Разом женщины накинули на меня шелковое красное платье, потом сверху кружевное, подпоясали кушаком.

— Вы забыли про корсаж, панталоны и нижние юбки, - недоуменно произнесла я, ощущая себя полураздетой в одном платье. Но иттихадийки не обратили на меня внимания, расправляя складки на ткани.

— Придется идти в таком виде! – сказала я сама себе, вздохнув. – В Клейтоне меня бы уже заклеймили проституткой. Хотя даже они одевают корсаж и панталоны.

Я молча наблюдала, как женщины прикрепили к голове тонкий красный платок, спадающий на спину, надели на шею золотое массивное ожерелье с рубинами, вдёрнули в уши золотые серьги с теми же рубинами. Откуда украшения? Может, жена Сидихая одолжила мне на время церемонии свои драгоценности. Узнаю потом. Когда я была полностью готова, одна из женщин усадила меня на диван в гостиной комнате, что-то говоря на своем языке. Иттихадийка взяла моё левое запястье.

— Судыбай оградан, - пролепетала она, заглядывая мне в глаза.

— Что? – не поняла я.

Женщина больше ничего не сказала, подав знак своим соотечественницам, те подали ей тоненькую кисточку и маленькую пиалу с прозрачной тягучей жидкостью. Иттихадийка обмакнула кисть в жидкость и аккуратно начла наносить невидимый рисунок на мое запястье. Было несколько щекотно и приято. Неторопливо, тщательно женщина рисовала прозрачной жидкостью на моем запястье узор. По мокрым следам было видно, что рисунок очень красивый растительного орнамента. Когда она закончила, жидкость почти высохла на руке, не оставляя никаких следов. Странно, зачем рисовать знак помолвки на теле, когда его совершенно не видно. Не понять мне местных законов.

***

Солнце уже светило низко, двигаясь к закату, когда я услышала стук в дверь. Старшая иттихадийка без слов отправилась в гостиную, чтобы открыть дверь гостю. Но это был не гость, а мой жених.

— Иледа, вы готовы? – спросил Нэшел, когда появился в спальне и замер на месте, изумленно разглядывая меня. – Вам очень идет наряд иттихадийской невесты.

— Спасибо, - я обернулась к нему и не меньше Нэшела была удивлена, когда увидела на нем национальный костюм: длинная туника из такого же красного шелка, как у меня, с золотой каймой, подпоясанная золотым шарфом, шаровары из плотной золотистой парчи, на голове повязан тюрбан из той же ткани, что и шаровары. Несколько секунд мы изумленно смотрели друг на друга.

— Не ожидала вас увидеть в таком наряде, - наконец-то, вымолвила я. – Вы как настоящий шан.

— Если честно, то в моих жилах течет кровь иттихадийского шана, - улыбнулся он слегка смущенно. – Мой пра-пра-прадед родом из знатного рода Иттихадии.