Книга Цена (не) её отражения, страница 51 – Тория Кардело

— О, так вот куда деваются булочки из столовой! — вставила Даша.

Полина чувствовала, как внутри разливается сладкое, тёплое чувство власти. Она была центром внимания, дирижёром этого маленького спектакля унижения.

— Знаешь, Аль, тебе бы сбросить… ну, этак килограммов пятьдесят, — Полина демонстративно оглядела фигуру Али с преувеличенным отвращением. — Или сто. Тогда, может быть, мальчики начнут замечать, что ты существуешь.

Лицо Али задрожало. Губы сжались, веки затрепетали — ещё секунда, и она зальется жалостливыми слезами.

Полина наклонилась вперёд и прошептала (но так, чтобы слышали все вокруг):

— Только не думай, что Роман когда-нибудь посмотрит на такую корову, как ты. Он предпочитает девушек, а не мешки с салом.

Первая слеза скатилась по щеке Али.

Готово.

В груди у Полины расправились крылья. Месть сладка, особенно когда мстишь превентивно за то, чего на самом деле ещё не произошло. И она поймала этот момент, впитала его, как губка.

Звонок прервал представление. В класс вернулась Людмила Петровна и, хмуро оглядев расшумевшихся учеников, скомандовала:

— На места! Сегодня пишем самостоятельную. Приготовьте чистые листы.

Полина нехотя уселась за парту, бросив на Алю последний взгляд. Та сидела, сгорбившись, и прятала лицо в ладонях, но сквозь пальцы всё равно просачивались предательские рыдания.

«Идеально».

* * *

Самостоятельная тянулась мучительно долго. Полина механически выводила ответы, даже не вчитываясь в вопросы.

«Какая разница, как я напишу? Всё равно я уеду из этой дыры и буду покорять Париж».

Она аккуратно вырвала из тетради листок, стараясь не привлекать внимание учительницы, и быстро нацарапала на нём:

«Как насчёт встретиться после уроков? Может, снова сходим в «Мелодию»?

Положила записку прямо на тетрадь Романа. Тот вздрогнул, словно его разбудили, и недовольно посмотрел на неожиданный сюрприз. Осторожно развернул. Прочитал.

Полина уже ждала его взгляда.

Когда он поднял глаза, она встретила их своим самым обжигающим взором, медленно облизнула губы — специально, намеренно, чтобы он почувствовал, что это не просто приглашение.

«Ну давай же, поддайся. Ты же знаешь, что хочешь».

Роман задумался. Затем неохотно кивнул, будто делал ей одолжение.

Но ей было всё равно.

Она ответила ему своей самой победной улыбкой — той, что сводила с ума всех мальчишек, — и вернулась к тетради, будто ничего не произошло.

«Этап первый завершён».

«Толстуха, ты проиграла ещё до начала игры».

А на соседнем ряду сидела Аля — с опухшими от слёз глазами, сжавшаяся в комок. Но Полина уже не думала о ней.

* * *

Как вам глава? Почему Полина так себя ведёт? Как думаете, удастся ли ей завладеть сердцем Романа?

Обычно Аля любила самостоятельные по русскому языку за возможность показать свои знания. Но в тот день… всё обстояло иначе.

Запястье, содранное до крови, пульсировало от боли. На нем остался след от унизительного падения и удара об угол парты: она споткнулась о чужой портфель, по нелепой случайности оказавшийся на пути. Аля смотрела на покрасневшую кожу, а перед глазами стояло злорадное лицо Полины.

Но хуже всего — другое. Равнодушная пустота в глазах Романа ранила глубже, чем содранная кожа на ладонях.

Пять минут назад тетради разлетелись по классу. Аля собирала их, стоя на четвереньках, под гогот и свист. И тишина от Романа — единственная доброта, на которую он оказался способен.