Книга Цена (не) её отражения, страница 39 – Тория Кардело

Аля вернулась домой поздно. Первым делом достала из сумки портрет, дрожащими руками вставила его обратно в рамку и повесила над кроватью, на «законное» место. На мгновение ей показалось, что глаза двойника ожили и посмотрели прямо на неё. Но это ничуть не пугало — скорее давало надежду.

— Ты существуешь, — прошептала Аля, уже лёжа в постели, и протянула руку к картине. — И ты — это я.

Пальцы коснулись рисунка, и на мгновение она ощутила непривычное тепло. Словно портрет был окном в другой мир.

«Или зеркалом».

Сон окутал её мягкой пеленой.

* * *

Аля не помнила, как очутилась здесь. Просто внезапно обнаружила себя посреди просторной, богато украшенной комнаты.

И первое, что она заметила — отсутствие зеркал на стенах. Волна облегчения прошла по телу.

Вместо зеркал — мягкие панели нежно-кремового оттенка с витиеватым золотым орнаментом и картинами. Одна из них особенно привлекала внимание. Там разворачивалась целая сцена — охота в средневековом лесу: люди на лошадях, олени, убегающие от собак. Странное полотно вызывало одновременно восхищение и лёгкое отвращение.

«Преследование. Бегство. Страх».

По полу вился роскошный ковёр благородного бордового цвета с насыщенным ворсом — Аля чувствовала его даже сквозь туфли. Посреди комнаты располагался изящный диван, обшитый роскошным алым бархатом. Рядом — столик из красного дерева. На нем — нераскрытый бархатный футляр тёмно-синего цвета и хрустальная ваза с алыми розами. Аля невольно потянулась к футляру, но что-то остановило её.

У высоких французских окон с тяжёлыми бархатными портьерами стоял глиняный горшок с растением, какого она никогда не видела. Высокое, с глянцевыми тёмно-зелёными листьями и странными бутонами, напоминающими одновременно раскрытые губы и лепестки орхидеи. Листья колыхались, хотя в комнате не было ветра. Растение выглядело живым и осознанным.

«Оно наблюдает за мной».

В углу комнаты располагалось то, что сразу привлекло её тревожное внимание — псише на позолоченных балясинах. Высокое зеркало в полный рост, развёрнутое к стене. Сердце пропустило удар. Аля чувствовала, что, даже отвернутое, оно излучает угрозу.

А рядом с зеркалом начиналась лестница, уходящая вверх, в темноту. Ступени из светлого мрамора с едва заметными красноватыми прожилками словно приглашали подняться. Но Аля точно знала — она не хочет видеть, что там наверху.

Внезапно Аля осознала, что на ней не мешковатая пижама, а роскошное платье из шелковистой зелёной ткани. Она опустила взгляд и с удивлением увидела, как струящаяся материя обтекает неожиданно стройное тело. Корсажная часть была расшита серебряными нитями, мягко сверкающими даже при неярком свете. Рукава платья свободно спадали с плеч, обнажая изящные, выразительные ключицы, о которых Аля всегда мечтала.

Её руки… Она подняла их перед собой. Тонкие пальцы с аккуратными ногтями, покрытыми прозрачным лаком. Никаких заусенцев. Никакой отёчности. В голове крутилась мысль посмотреть в отвёрнутое зеркало, но страх перед отражением всё ещё пересиливал любопытство.

Она сделала шаг и поразилась внезапной лёгкости движений. Не осталось ни тяжести, ни одышки, ни привычной неуклюжести. Её тело словно состояло из воздуха и света.

— Вот и ты.

Голос раздался так внезапно, что Аля вздрогнула и резко обернулась. В дверях, которые она почему-то не заметила раньше, стояла молодая женщина. Стройная, изящная незнакомка с платиновыми волосами, струящимися до поясницы. Голубое шёлковое платье подчёркивало её фарфоровую кожу и небесный цвет глаз.