Книга Цена (не) её отражения, страница 180 – Тория Кардело

— И никогда не стоит её ослушиваться, — Роза оглянулась по сторонам, словно боясь, что даже деревья могут подслушивать. — Последствия… могут быть ужасными.

— Ты можешь исчезнуть, — аметистовые радужки Астры потемнели до почти чёрного, зрачки расширились. — Навсегда. Везде.

«Исчезнуть навсегда. Стать ничем».

— Мне нужно найти Ноктюрна, — Аля крепко сжала кулаки. Ногти впились в ладони — боль настоящая, живая. Голос прозвучал твёрже, чем она ожидала. — Я готова на всё. Даже… исчезнуть.

«Хотя это ложь. Я боюсь исчезнуть больше всего на свете».

Астра и Роза переглянулись с восхищением и ужасом.

— Как мне попасть туда? — спросила Аля, высвобождаясь из хватки Астры. — В кошмары?

— Нужно уснуть на Ткани Снов, — голос Розы прозвучал твёрже, увереннее. Она не отводила взгляд, смотрела Але прямо в глаза. — Рядом с тем, что пугает тебя больше всего.

— Сон внутри сна, — подхватила Астра, и её голос тоже изменился — стал глубже, человечнее. — Уровень ниже этого.

Она подняла руку, словно хотела прикоснуться к лицу Али, но остановилась, не решаясь.

«Комната с диваном и зеркалом».

Зеркалом, в котором она впервые увидела своё прекрасное лицо в этом мире. Теперь оно пугало её больше всего — забавно.

— Я знаю такое место. Спасибо вам.

— Не ходи туда, — Астра отчаянно вцепилась в ее руку. — Пожалуйста. Ты не понимаешь… там нет ничего, кроме боли.

— Пожалуйста. Просто… забудь, — Роза потянулась к Але, но её рука замерла в воздухе, не коснувшись ее. — Танцуй на балу. Будь счастлива. Смирись.

Але хотелось задать ещё тысячу вопросов, но внезапно она поняла, что больше ничего не узнает — по крайней мере, от них. Их глаза снова затянул туман, будто чья-то невидимая рука опустила занавес между ними. Что-то не давало им говорить дальше. Что-то контролировало их даже сейчас.

«Или кто-то».

— Нет, — решительно выпрямилась Аля. — Никогда.

Она развернулась и побежала обратно к дворцу, не оглядываясь.

«Беги. Не оглядывайся. Не останавливайся».

Она не хотела видеть их лица — боялась прочитать в них отражение собственного страха. Или, что ещё хуже, отражение собственного будущего — если не найдёт выход, если не узнает правду, если поддастся соблазну забыть всё и просто танцевать, танцевать, танцевать на балу, среди других красивых кукол с пустыми глазами.

«Я не стану ещё одним призраком в этом идеальном мире. Клянусь».

* * *

Коридоры дворца казались бесконечным лабиринтом из мрамора, хрусталя и серебра. Они изгибались и петляли, как живые, меняли форму за спиной Али. Музыка бала преследовала её, становилась то громче, то тише. Она бежала, не обращая внимания на других гостей, на их колкие, пронизывающие взгляды.

«Они знают. Они все знают».

Шепот следовал за ней, стелился по полу невидимым туманом, обвивал лодыжки. Тихий, неразборчивый, но настойчивый.

О чем шептались эти прекрасные куклы? О девушке, которая отказалась от правил? О той, что бежит прочь от бала, вместо того чтобы танцевать до рассвета — который никогда не наступит?

Картины словно следили за ней. Тревожные образы оживали, рассказывая свою историю. Мужчина разрывал цепи, но ноги его оставались скованными. Лицо искажалось от боли, вены на руках вздувались, а свобода казалась недостижимой. Женщина смотрела в зеркало и видела чудовище: открытый рот, безмолвный крик, но никто не мог помочь. Ребёнок стоял на краю обрыва, протягивая руку к луне — маленький, хрупкий перед бескрайним ночным небом.