Книга Я беременна от вашего мужа, страница 52 – Ольга Коротаева

— А я не хочу терпеть унижения, – выпаливаю с чувством, а потом невесело смеюсь: – Немного потерпеть? Два года ждать, пока ты наиграешься другой женщиной и вернёшься в семью? Серьёзно?

— Это не игра, Ир, – он качает головой. – Всё серьёзно.

Я сжимаю челюсти, чтобы случайно не проговориться о том, что знаю. Лазарь предупреждал, что этого ни в коем случае не нужно делать, ведь нам предстоит бороться с этим человеком в суде. Пусть думает, что я в неведении насчёт его грандиозных планов. Пусть считает, что не вижу дальше собственного носа.

Вздохнув, опускаюсь на стул и смотрю на мужчину снизу вверх:

— Богдан, я была твоей женой, любила тебя и была готова на многое ради нашего счастья, но ты растоптал мои чувства и вышвырнул из дома. На этом всё. Прошу, уходи.

— Неужели твои чувства оказались такими слабыми? – он наклоняется и, опираясь о стол, смотрит мне в глаза. – Или дело в смазливом адвокатишке? Что, понравилось кувыркаться с ним? Отомстила мне?

Глаза его становятся злыми, и сердце пропускает удар, но я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не опустить голову. Ведь я ни в чём не виновата!

— Тебе легче думать, что я тоже изменила? – Удаётся говорить спокойно, даже голос не дрожит. – Или меряешь других по себе?

— Знаю, что живёшь в его квартире! – Он бьёт кулаком по столу. Сузив глаза, наклоняется ниже. – Или будешь утверждать, что между вами ничего не было?

Вспоминаю случай в офисе, когда нас с Лазарем застали за тем, что мы едва не поцеловались, и не могу отрицать с чистым сердцем. Спрашиваю как можно холоднее:

— Скажи, каким боком это тебя касается? Судя по бумагам, которые ты показал, мы разведены. Этот человек помогает мне получить то, что положено по закону. Поэтому прошу, впредь обращайся к нему, а ко мне не приходи.

Он смеётся:

— По закону? Ты получишь только то, что я позволю взять. И никакие адвокаты не помогут получить больше, поверь.

— Лучше проверю.

Внезапно накатывает усталость, и я заставляю себе подняться. Иуд к двери и открываю её:

— Прощай, Богдан.

Он выпрямляется и неторопливо приближается, но не выходит, а закрывает дверь и обхватывает моё лицо:

— Ир, мы же не чужие люди. Обещаю, что потом возмещу тебе всё стократно! Пожалуйста, потерпи…

И вдруг прижимается губами к моим. Жёстко, властно раздвигает мои, проникает между ними языком, а руки скользят по моему телу, и дыхание Богдана сбивается. От неожиданности я на миг теряюсь, а потом пытаюсь оттолкнуть его, но муж хватает меня за запястья и прижимает к стене, продолжая яростно целовать.

Шепчет мне в губы:

— Ир, я соскучился… Так тебя хочу!

И я его кусаю. Ощущая кровь во рту, смотрю на злое выражение лица Богдана и шпилю:

— Убирайся!

А саму трясёт, как от холода, и колени подгибаются. Что, если Богдан не остановится? Кричать? Звать полицию? Он заявит, что это семейная ссора, и никто не поможет. Минуту мы сражаемся взглядами, а потом муж цедит:

— Я уйду. Но перед этим скажу, что собирался. Передай своему адвокату, чтобы не играл в детектива, это плохо для него закончится.

И стремительно покидает квартиру, хлопнув дверью так, что дрогнул кухонный гарнитур и упал, разбившись вдребезги, стакан, из которого я пила. Смотрю на осколки и леденею от ужаса. Так Богдан нас заметил? Понял, что мы с Лазарем притворялись уборщиками?