Книга Девочка Стального, страница 72 – Ольга Коротаева

— Если так, то быть осторожнее надо тебе, – заволновался Карим. – Вам там даже за помощью обратиться не к кому. Полиция у Юлдузова под каблуком.

— Вот именно! Не забывай, что я почти женат на дочери Гарика Умаровича. Вряд ли Дина мечтает так быстро стать вдовой.

— Типун тебе на язык, – буркнул он и прищурился: – Вернёшься к нему?

— Придётся, – вздохнул я. – Ради Евы и детей.

— Они точно посчитают иначе, – предположил брат. – Дина из ревности будет плеваться ядом. Уверен в своём решении? Я всё же думаю, что Юлдузовы могли нанять исполнителей, чтобы подтолкнуть тебя к «правильному» решению.

— Или Воробьёв узнал о моём свидетеле. Кстати, как он?

— Ест, спит и жалуется на тяжёлую жизнь в душном подвале, – иронично отчитался брат. – Не волнуйся, ребята с него глаз не сводят. Григорьеву не сбежать.

— Не будь излишне оптимистичен, – приструнил его. – И не доверяй никому.

— Камеры по всему дому, – обиженно отозвался Карим. – Назар следит за каждым шагом подчинённых…

— Этого мало, – прервал я. – И насчёт Дилары…

— Да понял, – с лёгким раздражением оборвал он. – Раз ты подозреваешь, что Воробьёв почуял нашу ловушку, то придётся поступиться некоторыми принципами. Займусь сейчас же. Кстати, когда встреча с твоим человеком из внутреннего? Для переезда потребуется время.

— Оно есть, – успокоил я. – Ты успеешь отвезти родных, а я – подготовить генерал-майору достойный ответ.

В этот момент из смежной комнаты вышла Ева. Я бросил:

— До связи. – Отключился и, убрав телефон в карман, поставил на место перевёрнутое кресло. Похлопал по сиденью. – Надо поговорить.

Ева

Не знала, о чём хотел поговорить Сабур, но ощутила, что тема серьёзная. Это было видно по выражению стальных глаз мужчины и по тому, как тот поджал правильно очерченные губы. Вздрогнув, я отвернулась и, стараясь не вспоминать, что было между нами в ванной, осторожно опустилась в кресло.

— Да…

— Ева, – сурово начал Стальной, и у меня в груди всё похолодело, – расскажи мне всё об аварии, в которой погибла твоя сестра.

На грудь будто могильную плиту положили, стало невозможно дышать, а на глаза навернулись слёзы. Придавило полной беспомощностью и непроходимым горем. Я всхлипнула и отрицательно покачала головой.

— Понимаю, как тебе тяжело говорить об этом, – вдруг мягко произнёс Сабур, – но мне можно доверять. Я хочу помочь.

Я подняла взгляд на мужчину и при виде искреннего сочувствия на его обычно безразличном лице не выдержала. Зажмурившись, я прикусила губы, а по щекам покатились крупные капли. Заглушая рыдания, чтобы не напугать детей, я зажала рот…

Ощутив прикосновение тёплой мужской ладони к голове, поддалась порыву и сжала её другой рукой. Слёзы лились рекой, будто прорвалась невидимая плотина. Но если раньше, оплакивая безвременную гибель сестры, я лишь страдала, то сейчас солёная влага уносила боль от собственной беспомощности перед сильными мира сего.

Я искренне верила Сабуру. Если он сказал, то поможет.

Такой человек слов на ветер не бросает.

Поэтому я начала говорить. Не знала, понимает ли мужчина меня сквозь рыдания, но выложила всё как на духу. И поток слов было не остановить, я захлёбывалась ими, будто на долгожданной исповеди. А выговорившись, едва не лишилась сознания. В голове гудело, горло саднило.