Онлайн книга «Снежинка – это поцелуй небес»
|
Песня права, мост растаял, а на руке моей переливается сковавшее меня с язвительным Лордом зло! Всхлипнув, я закрыла глаза и, ощущая, как по щекам катятся слёзы, повторяла и повторяла про себя припев песни. Огонь напоит дождём Снежинка растает огнём Что значат слова, никто из нас так и не понял. Дион предположила, что это вольный перевод с эльфийского. Остроухие и так обожают метафоры и недосказанности, а если это ещё переврут люди, передавая из поколения в поколение, как сами поняли, то смысл в песне искать можно примерно с таким же успехом, как и оттенки радуги в абсолютно чёрных глазах ректора. Вспомнив медиума, я улыбнулась сквозь слёзы. Он относился к Снежинкам, как к дочерям, к любой находил подход, дар каждой пытался максимально раскрыть до выпуска. Вот только со мной не удалось. Его ежедневное задание – заглянуть в тридцатое ноября прошлого года и сказать, что ректор делал в пять пятнадцать, – я до сих пор вспоминаю с лёгким содроганием. Улыбка стала шире. Я даже каждый год пыталась подсматривать за ним в этот день, – что же он делает? – чтобы, наконец, избавиться от этого задания и перейти к следующему. Но мне ни разу не удалось встретить ректора в это время. Под конец я уже откровенно зубоскалила, придумывая что он пускает мыльные пузыри, сидя на крыше Академии или чистит ушки подвальных мышей. Эта тайна так и осталась неразгаданной. — У вас красивая улылка… Мечтаете обо мне, милая жёнушка? Я подскочила и, стукнувшись лбом о лоб Зейетанга, ойкнула. Когда Лорд вернулся?! Положив ладонь на веки, вместо того, чтобы прижать к ушибленному месту, отчаянно покраснела и выдавила: — Не могли бы вы… надеть что-нибудь. — Привыкайте, – опалил он меня мятно-пряным дыханием. – Вы запечатлены с оборотнем. Я часто… в подобном виде. Я ощутила, как он отнял мою ладонь от лица, и зажмурилась ещё сильнее. О, небо! Что он собирается сделать? Сердце заколотилось так быстро, что я начала задыхаться, и тут почувствовала прохладное прикосновение ко лбу. — Больно? – участливо уточнил Лорд. — Больно, – обиженно буркнула я и, перехватив приложенную ко лбу ткань (холодная, только что с мороза), осторожно приоткрыла один глаз. – Так вы оденетесь или нет? — Конечно, – белозубо улыбнулся Зейетанг и хитро добавил: – Сразу, как отдадите мои подштанники. Он взглядом указал на ткань, что я прижимала к ушибленному месту вместо компресса. Я вскрикнула и, бросив её смеющемуся Тангу. Возмущённо отпрянула и, не рассчитав, едва не упала с кровати. Лорд успел удержать меня за локоть и, продолжая посмеиваться, признался: — Я пошутил. – Он отпустил мою руку и поднялся. – Это платье для вас, милая жёнушка. Я посчитал, что вам будет не очень удобно в корсете и десятке расшитых серебром юбок таскать в дом вёдра со снегом… — Что таскать? – ахнула я. Так растерялась, что обернулась и, наблюдая, как двигаются под перламутровой кожей мышцы на широкой спине Танга, пока он завязывает пояс подштанников, уточнила: – А зачем их таскать? Это наказание такое? — Жена-Снежинка моё наказание, - с напускным сожалением покачал головой Танг, но соизволил объяснить: - А откуда ещё нам взять воду, милая? Снег растает, и мы сможем попить чай из трав с корками от свадебного пирога, которые оставила мне моя любимая. |