Книга Мой чужой папа, страница 8 – Ольга Коротаева, Артелина Грудина

Стало стыдно и жутко неудобно. Как его вообще сюда пропустили? Борис еле прошел. Воспоминание о муже отозвалось болью в груди. Боря до сих пор так и не позвонил. Я прождала полдня хоть весточки от него, отправила десяток сообщений, рассказав о повторной сдаче анализа, заверив в своей верности, но в ответ лишь тишина.

— Ася, я хочу обсудить один вопрос.

— Слушаю вас, Леонид Григорьевич.

Я напряглась — начало беседы пугало. Слишком официальный тон.

— Помните, незадолго до ухода в декрет вы присутствовали на встрече с японскими коллегами?

Я нахмурилась, вспоминая, что было почти три месяца назад.

— Да…

Меня прервал звук открывающейся двери. В палату зашла медсестра с новой смены, я не знала, как зовут женщину, а она и не подумала представляться.

— Так, а что мы сидим? У вас кормление по графику. Давайте, мамочка, готовьте грудь. — Женщина не церемонилась ни с кем. — А вы, папочка, держите свою мини-версию. Вот жена как вам угодила! Ну просто под копирку! И глазки, и волосики, и ямочка на подбородке.

Начальник растерялся не меньше моего, поэтому, наверно, и взял на руки ребенка. Он оторопело глядел на Николашу, а я засмотрелась на них двоих.

Когда мы пришли в себя, деловитой медсестры и след уже простыл.

— Леонид Григорьевич, вам уже, наверно, пора, — осторожно намекнула я. Поймала недовольный взгляд босса и со вздохом пояснила: — Николаша скоро проснется, и мне действительно нужно подготовиться к кормлению.

Но босс оставался непреклонен.

— Ася, мы не договорили. Это важно!

— У вас же нет детей, вы не понимаете, — пробормотала я и снова попробовала выпроводить мужчину. — Сын будет плакать, пока не поест. Мы с вами все равно нормально не поговорим. Лучше давайте созвонимся позже.

Босс едва заметно пожал широкими плечами:

— Так в чем проблема? Пока вы будете кормить, мы и поговорим.

Я опешила. Может, он думает, что Николаша ест смесь?

— Леонид Григорьевич, — невольно краснея и уже начиная злиться, выдавила я. — Я кормлю сына грудью.

Мужчина и бровью не повел. Смотрел на меня так же холодно и непреклонно, будто мы не в роддоме и на его руках не спит младенец. Словно сидит в своем дорогом кожаном кресле, а я в его кабинете стою у его рабочего стола.

Я покачала головой:

— Не стану при вас кормить сына!

Начальник тихо ругнулся. Что-то о женщинах, которые теряют остатки разума… я не особо расслышала. Глянул так, что снова ощутила себя застывшей в его кабинете в ожидании разноса. Буркнул:

— Хорошо, я отвернусь.

Не дожидаясь ответа, босс, осторожно удерживая моего ребенка, развернулся на стуле и уселся спиной ко мне.

Несколько секунд я оторопело хватала ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, и не находила слов. Хотя, что бы я ни сказала, босс, как обычно, уже все решил. Знала по опыту недолгой работы, что его не переубедить.

— Кажется, он начинает просыпаться. — В голосе мужчины зазвенела тревога, но отдавать сына он не спешил, хоть и держал его так, будто малыш из стекла. — Вы там скоро?

Николаша захныкал, и плач его становился все громче. Спина босса оставалась прямой — вот же бесчувственный чурбан! Времени на сомнения не осталось, и я решилась.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы помассировать грудь и немного разработать молокоотсосом сосок.