Онлайн книга «Мой чужой папа»
|
Валя, надув губки, разогрела мне рис с мясом и, поставив на стол тарелку, положила лотки. Оперлась головой на руки и задумчиво проронила: — Ты приходишь домой все позже и позже. Мне стоит беспокоиться? — О чем ты? — жуя, уточнил я. — У тебя другая женщина? — без обиняков спросила Валя. Я подавился и закашлялся. Запив водой, полоснул ее взглядом. — Да. Моя работа, и ты знала об этом, соглашаясь на брак. — М-м. — Валя обошла стол и, отодвинув тарелку, задрала юбку до пояса. — Тогда почему ты теперь бросаешься на еду раньше, чем на меня? Раньше такого не было… Я лишь вздохнул и, встав из-за стола, перехватил тарелку. Дожевав рис, выпил стакан воды и молча пошел в душ. Валя следовала по пятам, помогла мне снять пиджак и рубашку, зашла со мной в кабину. — Я хочу помыться, — холодно бросил я, но Валя лишь улыбнулась и опустилась на колени. — Все будет чисто, мой господин, — промурлыкала она и, округлив губы, обхватила ими головку члена. Глядя мне в глаза, скользила, то заглатывая, то выпуская… Через пару минут отодвинулась и глянула исподлобья. Я приподнял брови и повторил: — Я хочу помыться. — Блять, да хоть спи здесь, — зло бросила жена и, выскочив из кабины, едва не поскользнулась на кафельном полу. — А лучше на своей работе, которая тебя удовлетворила… Или сделала импотентом?! Хлопнула дверь, да так, что с полочки повалились баночки с кремами жены. Я задвинул кабину и, включив воду, подставил шею под обжигающие струи. Намылил голову, думая о проекте. Да, надо все же переписать тридцать пятый пункт и перевести. Посмотреть, какой вариант будет проще для восприятия. Не хотелось, чтобы японцы отказались из-за двояких формулировок. Господин Ямагути очень скрупулезен. Если сейчас перепишу, с утра завезу на городскую квартиру и отдам Асе… Член встал колом. Твою мать! Я уткнулся лбом в прохладную стену и переключил воду на ледяную. Кожа тут же покрылась пупырышками, волоски на руках встали дыбом, но стояк не уходил. Твою мать. Если сейчас зайдет Валя и увидит… даже представить трудно, что устроит. И думать не стоит, чтобы вернуться в постель и сбросить напряжение. И все эти разговоры об измене. Чертыхнувшись, я положил ладонь на член. Чувствуя себя молокососом, которому не дают сокурсницы, потянул кожу к головке. Теребил пару минут… стало совсем паршиво. И стояк не уходил, и разрядиться не получалось. Сдавшись, закрыл глаза и представил ее. Полная округлая грудь и темный сосок… Лицо словно светится от нежной улыбки, а взгляд, направленный на ребенка, выворачивает душу и сбивает дыхание. Застонал через несколько секунд, изливаясь на стену. Тут же уничтожил следы «преступления». Думал, оргазм принесет облегчение, но так погано стало, что захотелось напиться. Я хочу эту мышь, с которой приходится работать. И это проблема. Две проблемы. — Валя, мне нужны мои «Ланги», — буркнул я свернувшейся под одеялом с головой жене. Услышал всхлип и вздохнул. Вытянувшись во весь рост, посмотрел в потолок. Черт с ним, с тридцать пятым пунктом. Сначала сексолог, а потом уже и часы, и перевод, и Ася… Да твою ж мать! Глава 15 Работа, работа, кормление, снова работа и опять кормление. — Асенька, ну что ж вы так? Себя не бережете совсем. Вам ведь спать надо, отдыхать, организм еще не окреп, — полушепотом причитала Зинаида, забирая у меня Николашу. |