Книга Стая, страница 38 – Ольга Коротаева

Кота сглотнула и осторожно приладила ошейник к тощей шее бывшего поклонника. Мужчина вздрогнул и открыл глаза, с ужасом уставившись прямо на нее. Девушка замерла от неожиданности, но Авес спокойно взял меч и ударил вельможу рукоятью в висок. Тот снова обмяк, а Авес призвал сестру не отвлекаться на пустяки. Кота дрожащими руками пыталась вставить кинжал в нужную выемку, но тот все время съезжал, дергая ошейник. Из ран, которые оставляли в белой коже впивающиеся при каждой неудаче острые шипы, струйками сочилась кровь. Это отвлекало и нервировало. Но Авес был чрезвычайно настойчив, каждый раз призывая сосредоточиться. Щелчок, и Кота с облегчением откинулась, выронив кинжал из взмокшей от пота ладошки.

— Ты только что научилась делать невозможное, – довольно улыбнулся Авес. – На это нужна точность и внимательность. Среди стаи только я могу открывать ошейники локки, теперь это можешь делать и ты. И в народе вполне можешь называться магом, потому, что все считают – лишь они способны на такие чудеса. Застегни, справедливость должна восторжествовать, пусть теперь он попробует на своей шее, каково это – быть рабом.

— А его не узнают? – удивленно спросила девушка. – Он же богатый вельможа, приближенный харца.

— Он – раб, – жестко ухмыльнулся Авес, поразив Коту неожиданной вспышкой злости. – В таком ошейнике – он только жалкий раб, что бы ни кричал при этом. Никто не поверит словам закованного. Очень удобно, не считаешь?

И Авес, вернув физиономии вечно-безмятежное выражение, поднялся и кинул конец цепи в руки Мотасу. Кота, стараясь больше не глядеть на пленника, торопливо отошла в сторону. Мотас закрутил цепь вокруг кисти и мрачно посмотрел на девушку.

— Баба в стае! – он смачно сплюнул. – Дожили! И как вы ее терпите? Удивительно, что Врадес не слопал ее еще в младенчестве, он же ненавидит женщин.

— В этом вы с ним всегда находили общий язык, – мрачно пробормотал Кродос, недобро глядя на бывшего брата. – Но вот тебе новость. Он сам притащил девчонку в стаю с жертвенного камня. Они с Солдесом носятся с ней, как с больным щенком. Врадес даже стал ее наставником.

Мотас выглядел так, как будто на него снова надели ошейник, и тот полностью обездвижил свою жертву. Кота усмехнулась и взглянула на бывшего раба свысока. От нее не укрылось, что тот просто-напросто ревнует. Ведь его выгнали, а какая-то сопливая девчонка заняла место бывшего воина.

— Тебе с нами нельзя, – тихо проговорил Ломлес, смерив Коту язвительным взглядом. – Если, конечно, ты не намерен покончить с жизнью прямо сейчас. Врадес в поселке, а Солдес отлучился. Бери раба, вот тебе деньги, – мужчина кинул брату звякнувший мешочек. – И уходи.

— Я слаб, – потоптавшись на месте, произнес мужчина. Исподлобья взглянув на братьев, попросил: – Отдайте коня, а то я не унесу раба далеко. Убивать пока не хочу – пусть сначала сполна получит то, чего я натерпелся!

— Колта? – хихикнул Ковес, тряхнув рыжими волосами. – Да Чилва с нас три шкуры сдерет за своего любимца. Да и Кота не согласится.

— Пусть берет, – неожиданно для себя произнесла девушка. Немного подумав, кивнула: – Да, пусть забирает. Все равно Колт больше простаивает, раз в год до города Чилву довезет и снова бродит по лесу, как неприкаянный.

— Считай, что у тебя сегодня день рождения, – хлопнул брата по плечу осклабившийся Кродос. – И подарков куча. Так распорядись ими верно. Не связывайся больше с локки, – без силы это самоубийство. Живи своей жизнью.