Книга Стая, страница 165 – Ольга Коротаева

И так же безжалостно Кота рвала моральные устои, навязанные пуританским обществом. Лай никогда прежде не встречал столь противоречивых натур. И он до сих пор не знал, какая настоящая она… его сестра.

Кродос услышал горький вздох и украдкой взглянул на Лая. Тот побледнел еще больше. За несколько часов юноша сильно изменился. Страшная правда заострила черты, проложила круги под глазами. Жгучая боль потери опустила уголки губ. Молодой еще парень выглядел теперь почти стариком. И дело было не в белых волосах. Воин нахмурился и чуть заметно покачал головой. Врадес абсолютно прав. Лай очень сильно влюблен в сестру. Впрочем, кто бы сомневался, Врадес никогда не ошибается в вопросах любви. Не даром он находится под крылышком Колины.

— Когда Солдес вернулся из замка вместе с горбуном, – продолжил Кродос, делая вид, что не замечает бури, бушующей в сердце парня, – Чилва в обморок грохнулась. Оказалось, что женщина – служанка харцессы. Много лет она скрывалась у нас, боясь расправы.

— Расправы? – уточнил Лай бесцветным голосом. На самом деле, его не сильно интересовала судьба бывшей служанки матери, – их в замке сотни, – но он цеплялся за малейшую возможность отвлечься от круговерти печально-сладких образов.

— Оказывается, – криво усмехнулся воин, – кормилица Коты все это время хранила страшную тайну. Хранила, потому что была уверена – харц и харцесса погибли в ночь рождения Коты. А еще Чилва до смерти боялась возвращаться в замок, хоть и очень обрадовалась новости, что ее любимая госпожа жива. Но горбун уговорил ее, обещая провести тайным ходом, неизвестным никому, кроме Миген и него…

— И такой есть? – рассеянно удивился Лай, наблюдая, как рыжий Ковес пытается отнять высокие сапоги у бледного печального юноши… пожалуй, излишне смазливого для мужчины. Но, несмотря на внешнюю отрешенность, тот оказался весьма несговорчивым.

— Горбун поведал, что госпожа и сама была бы счастлива прийти сюда, но харц сейчас в замке. А он очень ревностно относится даже к кратковременному отсутствию жены…

— Еще мягко сказано, – невесело хохотнул Лай. – Алодлор готов приковать Миген к своей ноге… и, думаю, не сделал этого лишь потому, что было бы чрезвычайно неудобно на охоте.

— Почему ты называешь харца по имени? – осторожно уточнил Кродос. – Он же твой отец?..

— А как еще называть человека, который нанял локки, чтобы убить меня? – зло спросил Лай и, оттолкнувшись от дерева, пошагал в сторону замка.

Мужчины все уже собрались. И даже Ковес, ворча и бросая недовольные взгляды на спокойного Авеса, все-таки нашел себе остроносые мужские туфли по размеру. Почему Солдес настоял на том, что стая пойдет вместе с ним, Лай не знал. Да у него и не возникло желания выяснять это. В ответ юноша просто кивнул.

На самом деле сейчас ему хотелось оказаться как можно дальше отсюда. Например, вернуться в разрушенное селение хорко. Кота дома не появилась, а это плохой знак. Она либо погибла, либо у злодея в плену. Сердце опять кольнуло. Некий шепоток доказывал Лаю, что все к лучшему. Как бы отнеслась девушка к ужасающему известию? Посмотрела бы на него хоть еще раз? Да, они не знали. Но как теперь с этим дальше жить?

В какой-то момент Лай обнаружил, что идет по лесу не один. Рядом неслышно ступая, спокойно шагал Солдес. Остальные воины стаи шли за ними след в след. На опушке, где давным-давно они с Котой дрались на мечах, поджидал горбун. Лай по-новому посмотрел на старика. Юноша всегда воспринимал его, как бездушную тень, без чувств, без своего мнения, без всяких прав. Даже то, что у тени имелось тело, он считал лишь случайным недоразумением. И относился к горбуну так же. То, что слуга без сомнений отдаст жизнь за него или Миген, Лай с детства принимал, как само собой разумеющееся. Сегодня все выглядело иначе. Или это он стал кем-то иным?