Книга Невинность с секретом, страница 80 – Ольга Коротаева

— Я не боюсь, — поспешно заверяю я и, судорожно втянув в пылающие лёгкие воздух, признаюсь: — То есть мне страшно. Но это… Я никогда не летала на драконе.

— Тебе понравится, — многозначительно шепчет иен.

Он увлекает меня прочь от притихшего Грибуна к очищенной середине площади, а я едва могу дышать, понимая, что сейчас на моих глазах человек обретёт форму чудища. Не в кино, а вживую! И никакие «три-дэ» не дадут настолько острых впечатлений. Ощущаю себя роуп-джампером, который впервые подходит к краю пропасти.

О небо! У меня ноги в коленях подгибаются, когда Тагел, отпустив мои руки, отступает спиной вперёд на несколько шагов. При этом не отрывает от меня своего пронизывающего золотого взгляда, а на совершенных губах играет непривычная улыбка. Иен предвкушает наш совместный полёт так, будто это секс. И от этого становится ещё больше не по себе.

На площади наступает мёртвая тишина, разбирающие завалы слуги и уносящие трупы воины замирают, и все взгляды скрещиваются на иен Огауте. Я их понимаю — не каждый день увидишь, как человек превращается в дракона! — и сама затаиваю дыхание.

Помню, как в одном фильме одежда разлетелась на клочки и в небо взмыл огнедышащий монстр… Но иен Вудраф, когда приземлился на площади и сменил ипостась, вовсе не остался обнажённым. Наверняка одежда тоже не простая, раз преобразуется вместе с хозяином. Или же она просто переносится в некое место (замок, например), а потом возвращается обратно?

Отвлекая себя подобными мыслями от предстоящего и неизбежного экстрима (если не хочу очередной свадьбы), я пристально наблюдаю за драконом, не желая упустить момент начала превращения. Помню, что Икел обратился в человека за секунду-две.

Под всеобщий «Ах!» не сдерживаю вскрика и понимаю, что вырвался он от восхищения, когда очертания человеческого тела словно бы размываются. Волны, исходящие от Тагела, искажают пространство вокруг него. Воздух колеблется, как от невероятной силы жара, и кажется, что предметы обретают причудливую форму. пока полностью не преображаются.

Человек пропадает, и передо мной стоит огромный дракон! Я запрокидываю голову, завороженно рассматривая золотую чешую и кожистые крылья, а он опускает свою изящную длинную шею и, обернувшись вокруг меня, кладёт голову у ног. Прикрывает глаза, и я чувствую, как он упивается моими эмоциями. Моим неприкрытым восторгом!

Не ожидая от себя подобной реакции, я медленно наклоняюсь и провожу ладонью по блестящим чешуйкам.

— Как же ты прекрасен! Я уже видела дракона, но ты. Совершенство!

Ноздри дракона раздуваются, а довольное фырканье поднимает облако пыли. Окружающие в страхе отшатываются, а я смеюсь. Страх тает без следа! Сердце моё бьётся часто, а по венам разливается огонь от предвкушения нашего полёта.

Понимая, зачем Тагел опустил шею, я, придерживаясь за выступы, забираюсь на неё. Сражаясь с пышными юбками неудобного платья, пробую поудобнее оседлать дракона. Справившись с этим, оглядываю площадь и, заметив Грибуна, весело машу ему. Сейчас у меня нет того неприятного чувства, будто я слабая и беззащитная женщина, едва не попавшая в очередные сети.

Со мной дракон! Чувствуя его под собой, я наполняюсь ощущением невероятного могущества. И это не сравнимо с пятилетней девочкой, которой вручили страшное оружие. Я многое понимала не так. Дракон — не бездушный пистолет. Это умный и справедливый воин, которому не нужен меч. А я — не владелица, а партнёр.