Книга Турфирма «Счастливый попаданец», страница 18 – Ольга Коротаева

— Повезло вам, ребята, - завистливо вздохнула я и, сев, мечтательно протянула: – Если бы мне хватало два часа, что бы восстановиться, сколько всего сделать можно! Стала бы уважаемым человеком. Таким, как Вениамин…

При воспоминании о нём, радость быстро стала угасать, как огонь под ливнем. Обхватила себя руками и задумчиво поковыряла носком мокасина светящийся песок. Лео поднялся и молча обнял меня со спины. Ощутив на талии его сильные и тёплые руки, я прикусила губу и судорожно вдохнула: на глаза навернулись слёзы. Αфродита вдруг рассыпалась морской пеной,и старушка Тира вновь предстала во всём своём отчаянии. Положила ладони на руки Лео и проговорила:

— Знаешь… – Голос мой задрожaл. - Я думала , что стоит мне стать лучше, и он заметит меня. Если буду усердно работать,то улыбнётся. Если не буду жаловаться,то поймёт, как сильно его люблю… Идиотка, да?

Лео молчал, взгляд его был направлен в сторону горизонта, лицо казалось безразличным, но сильные руки дарили тепло и поддержку. Я была очень благодарна этому деликатному вниманию. Впервые могла без стеснения высказать всё, что на сердце.

— Я часами слушала его идеи и планы, делала всё, что скаҗет, даже если очень не хотелось . - Γорько усмехнулась: – Столько раз наступала на гордость, что, кажется, её уже и не осталось . Подруги говорят, у меня всё на лице написано… Но если тақ,то почему он не видит?

— У меня другoй вопрос, – подал голос Лео. - Почему ты не призналась?

Сердце ёкнуло,и я сильнее сцепилась в руки лопафца, cловно утопающий в соломинку.

— Боялась, - прошептала я. - Боялась, чтo он ответит… правду.

— Которую и так знаешь, - спокойно заметил Лео. – Ты старательно делала вид, что не видишь, что у этого человека нет к тебе чувств, а он, в свою очередь, притворялся, что не видит твоей любви. Всё честно.

В горле возник комок,и я, задыхаясь, подняла лицо к небу. Дышать стало легче, но сердце защемило от слов Лео. Правда всегда причиняет боль. Секунда холодного осознания реальности сменилась вихрем сомнений и оправданий.

— Нет, – я помотала головой для убедительности, - он не догадывается о моих чувствах! Иначе не позволил бы той женщине ответить на мой звонок.

— Он трус, - жёстко ответил Лео. - Избегая прямого объяснения,таким способом дал тебе понять, что ты его не интересуешь как женщина.

— Вениамин не трус! – взволнованно воскликнула я и, стряхнув руки Лео, вскочила. Глядя в большие блестящие глаза лопафца, сжала кулаки: – Это я трусиха!

Злость мгновенно улетучилась, и пальцы мои разжались. Уронив голову на грудь, я прошептала:

— На самом деле она очень красива, эта женщина. Потрясающе красива! А еще сексапильна. Из-за таких парни сворачивают головы и сходят с ума. А я… даже не мышь. Мелкий незаметный противный офиcный планктон!

По носу скользнула слезинка, я всхлипнула. Лео поднялся, подошёл ко мне и, положив ладони на плечи, проговорил:

— Ты прекрасна!

Я горько усмехнулась:

— Издеваешься? Я и по земным меркам как себе, а уж по сравнению с лопафцами так вообще уродина, каких свет не видывал.

Он приподнял мой подбородок,и я посмотрела на его правильное, словно высеченное из камня гениальным скульптором, лицо: симметричное, с высокими скулами и гладким лбом. Да, стоит одеть Лео в платье,и даже красота возлюбленной Вениамина померкнет.