Книга Дом трёх драконов. Желанная, страница 12 – Ольга Коротаева, Надежда Олешкевич

Значит, возбуждение — это следствие отравления. Хорошо, что я не надышалась сильнее, а то сама запрыгнула бы на Эрриана. Стыд какой! Вот бы дракон посмеялся над моими жалкими потугами соблазнить его… Судя по виду, женщины ему прохода не дают, так что могу предложить я — девственница с разбитым сердцем?

Я медленно сползла с кровати и осторожно ступила на прохладный пол. Место раны перестало саднить, а стопа ощущалась, как здоровая. Ничего не оставалось, как поддаться любопытству и подойти к столу. Перебирая странные склянки, осматривала комнату, которую дракон назвал моей.

Здесь жила женщина. В воздухе витал ее запах — аромат душных лилий и сладкой пудры. На полках лежала ее одежда… Это беспокоило больше всего. Если бы я уезжала, даже в спешке, то взяла бы с собой хоть часть вещей. Здесь же все выглядело так, будто прежняя хозяйка комнаты просто однажды исчезла.

Во рту пересохло, по спине пробежался холодок.

— Прекрати, Мирабель! — строго приказала я себе. — Это не сказка о Синей бороде… Черт! Похоже, что это нечто намного хуже. Что же теперь делать?

Впрочем, долго страдать я не умела физически. Через некоторое время, проведенное в жалости к себе несчастной, которую бросили, растоптали, унизили... уверенно вытерла щеки и направилась к двери. Надо срочно поговорить с Эррианом в обстановке, где не будет и намека на кровать. Там дурман не возьмет надо мной верх, и я смогу сопротивляться навязанным желаниям.

Но дракона я не обнаружила ни в огромной столовой, где стоял длинный украшенный серебряными подсвечниками стол, ни в шикарной библиотеке, — столько книг я не видела даже по телевизору! И в просторном холле мужчины тоже не было.

И тут мой взгляд приклеился к чудовищному полотну на стене. Огромная картина в тяжелой золоченой раме поражала жестокостью изображенных на ней сцен. У меня мурашки побежали по телу, сердце заколотилось, как при беге, изо рта вырвался то ли вздох, то ли стон.

И тут открылась дверь. Я, было, обрадовалась, что пришел Эрриан, но ко мне уже приближался рыжий мужчина с бесстыдным раздевающим взглядом и манерами завзятого ловеласа. От одного его присутствия все внутри сжалось в панике. Захотелось сбежать и укрыться. Но я осталась стоять на месте. А куда мне бежать?

— Картина называется «Бой за межмирье».

Голос его был обволакивающим и сладким, будто липкий мед, в который попала муха, и нет шанса вырваться.

— Наш, ваш, — выводил мужчина, пронзая меня красноречивым взглядом, — Верхний, Нижний… То есть, уже четыре. Помочь?

Я машинально прижала ладонь к груди. Щеки мужчины немного покраснели, глаза приобрели оттенок заката, и вертикальный зрачок в них немного замерцал алым. Или мне это кажется…

Губы мои шевельнулись:

— Я буду кричать.

Уголки его губ приподнялись: мужчине нравился мой страх. А еще он знал, что я нахожу его привлекательным. Да и как иначе? Лица всех трех драконов настолько совершенны, что художники передрались бы за право рисовать с такой натуры. Но спать с ним я не хотела.

А вот его желание ощутила весьма отчетливо. Кое-что очень твердое, будто каменное, уперлось мне в бедро, когда Акзэл обнял меня. Смотрел при этом, как на куклу для утех, как на игрушку, и это придало сил. Я разозлилась и, притворившись податливой, двинула его изо всех сил. Когда прекрасное лицо мужчины исказилось от боли, бросилась куда глаза глядят. Бежала, пока не выдохлась.