Книга Пышка для генерала драконов, или Слава кабачкам!, страница 91 – Ольга Коротаева

— Убери девчонку, — процедила Фарис.

Когда Женн оттащил дочь Фуллии в сторону, виконтесса наклонилась и двумя пальцами осторожно подхватила волшебную палочку, с помощью которой ведьма перешивала платье настоящей Одэллии, чтобы в него влезла я.

— Отдай… — Даики как сомнамбула пошагала вперёд.

Но на наших глазах бытовой артефакт преобразился из деревяшки в тонкую гранёную палочку красивого изумрудного оттенка. На одном конце её сверкала крохотная золотая корона, не оставляя шансов сомнениям.

— Это не моё, — испугалась ведьма и попятилась.

В этот момента пламя, пожирающее дом без дыма, внезапно погасло, а в окне мелькнул огромный силуэт. Раздался торжествующий голосок Шуура:

— Миледи, это драконы!

Виконтесса побелела, а Фуллия вцепилась в Женна и попыталась упасть в обморок, но мужчина вырвался и побежал к выходу. Судя по короткому вскрику, далеко он не ушёл.

— Сигнализация, — машинально пояснила я, хотя никто не спрашивал.

Виконтесса стремительно вернула палочке прежний вид и ловко выбросила в окно за миг до того, как на пороге возник мрачный, как тень Гамлета, Стац. Сначала мужчина нашёл взглядом меня:

— Ты в порядке?

Когда я кивнула, обратился к Фарис:

— Вы арестованы за проникновение в королевскую сокровищницу и злоупотребление королевским доверием. Так же вам будет предъявлено обвинение в хищении драгоценностей Его Величества, которые были утеряны полгода назад во время королевской охоты. И, наконец, в покушении на жизнь герцога Огдэна Некрофф, которое вы осуществили с помощью его жены и падчерицы.

— Следите за словами, генерал! — ледяным тоном потребовала виконтесса. — Как будете смотреть в глаза матери после жестоких оскорблений в адрес её лучшей подруги?

— С гордостью, что разоблачил тебя, — тихо произнесла леди Айтхед. — И всех твоих подручных.

Обрадовавшись Стацу, я не заметила, когда она появилась. Женщина подошла к виконтессе и спросила:

— Где печать?

— Не понимаю, о чём ты, дорогая, — тонко улыбнулась та.

— Выбросила туда, — я шагнула к окну и ткнула пальцем в темноту, как услышала, как под туфелькой лопнул стеклянный пузырёк, и в воздух взвились сиреневые искры. Их становилось всё больше и больше. — Что это?

— Зеркало судеб, — ахнула ведьма и кинулась ко мне: — Не двигайся, а то пропадёшь!

— Умри, тварь! — одновременно с ней взвизгнула Фуллия и, опередив ведьму, толкнула меня.

— Ода, — услышала крик Стаца за миг до того, как рюкзак с кабачками перевесил, и я выпала из окна.

Казалось, ничего особенного, всего-то первый этаж, вот только я летела и летела, а вокруг мерцали, множась, фиолетовые искры.

Шлёпнулась в лужу и замерла, глядя на тёмное небо, с которого на меня сыпался дождь.

— Одэлия?

Я повернула голову и моргнула при виде соседки с ведром картошки в руках. Моим ведром и, судя по всему, моей картошкой. Женщина тоже перевела взгляд на добычу и выпустила её из рук. Ведро упало на бок, картоха покатилась в стороны, а соседка заискивающе заулыбалась:

— Тебя уже два месяца нет! Я думала, ты сразу уехала, как мужа посадили.

— Его посадили? — прохрипела я и попыталась сесть.

Кабачки не давали, но соседка помогла.

— Что на тебе надето? Ты в спектакле играла?

— Ага, называется «Белоснежка и три кабачка»! — проворчала я.

— Их тут не меньше восьми, — заглянув в рюкзак, возразила соседка.