Книга Все пути ведут в Рай, страница 50 – Ольга Коротаева

— Звёздочка моя, – хрипло прошептал он и аккуратно, немного удерживая себя на весу напряжёнными мышцами рук, чтобы не раздавить это хрупкое податливое тело, прижал её к кровати.

Эйла тихо застонала под ним и, покрывая его лицо лёгкими поцелуями, прошептала:

— Пожалуйста, будь моим небом.

Ей не пришлось просить дважды. Дэсвал жадно приник к её рту и, сминая мягкие податливые губы, опустил руки на её бёдра, лаская горячими ладонями прохладную кожу, стянул вниз трусики. Отстранился и, опустившись к её лобку, ощутил, как девушка стыдливо дёрнулась, пытаясь прикрыть лоно ладонями. Отвёл её руки и прижался ртом к влажным бархатным складочкам, провёл языком до самой бусинки клитора. Эйла вздрогнула всем телом, застонала, и этот звук показался Дэсвалу самой прекрасной музыкой во вселенной.

Он впивался жадным поцелуем в её лоно, проникал языком, выводил им узоры на её нежной коже, заставляя Эйлу стонать всё громче, помогал освободиться от сковывающей страсть стеснительности. Тело её подрагивало, чувствительная кожа под его ласками краснела и покрывалась любовным потом. Вдруг она вскрикнула и, выгнувшись, прижала его голову к лону. Слушая тяжёлое дыхание «звёздочки», дразнил губами влажные складочки.

Когда Эйла обмякла, Дэсвал приподнялся, с улыбкой посмотрел в её глаза на раскрасневшемся лице, поймал безвольную от пережитого пика наслаждения кисть руки и прижал к своему восставшему естеству. Осторожно просунул её ладонь в шорты так, чтобы её пальцы ласково погладили самую чувствительную часть его тела. «Звёздочка», не моргая, посмотрела в глаза Дэсвалу и что-то беззвучно прошептала. Он понял её без слов и, скинув шорты и плавки, осторожно развёл её ноги. Нависая над хрупкой девушкой, полюбовался нежными изгибами её тела и смущённым румянцем на щеках. Словно поддразнивая и себя, и её, провёл головкой, раздвигая нижние губки. Эйла задрожала и тихо ахнула, когда он погрузился в неё.

Едва сдерживаясь, Дэсвал осторожно двинул бёдрами, ощущая, как медленно проникает в узкое лоно. Застонал от наслаждения и, слегка отстранившись, резким толчком вошёл в неё уже полностью. Эйла вскрикнула и сжала пальцы на его груди так, что ногти впились в кожу, лицо болезненно скривилось, а по щеке поползла слеза.

— Больно? – виновато прошептал он и, поняв, почему ей больно даже после оргазма, который должен был достаточно увлажнить её, хрипло спросил: – Почему же не предупредила, что девственница?

— Это неважно, – дрожа всем телом, с трудом проговорила «звёздочка».

— Важно, – прошептал он и, накрыв её искажённые болью губы, нежно поцеловал.

Мягко массируя набухшую бусину клитора, старался не двигаться, и лишь когда дыхание Эйлы снова участилось, потихоньку задвигал бёдрами. Пил её стоны и покачивался на волнах страсти, которые растворяли все сомнения, рушили убеждения, пронзали сердце острыми ощущениями. Мир стал огромным, а жизнь наполнилась смыслом – значимый человек, сияющая звёздочка стонала под ним, принимая ласки, которые становились всё нетерпеливее. Сдерживаться становилось всё труднее, Дэсвал, опираясь на руки, всё яростнее страстно таранил влажное лоно, пока не взорвался брызгами острого оргазма, наполняя Эйлу, делая её своей и одновременно отдавая «звёздочке» всего себя.