Книга Ловушка для серого мага, страница 105 – Ольга Коротаева

— Да, я – Алекс, – не стал отпираться я. – И сразу бы тебе сказал, не…

Я с силой сжал челюсти. Нет, не выскажу ревности. Мне всё равно, кого она там обнимает.

— Если бы не убил меня, – понимающе кивнула овада.

Зубы мои заскрипели. Я решительно смотрел девочке в глаза, пытаясь разглядеть укор, злобу или ненависть. Но видел лишь страх. А ещё – смирение. Это было что-то новенькое, дикая девчонка никогда не отличалась покорностью. Но не скажу, что мне это не понравилось. И даже польстило. Шайри всегда хорошо относилась ко мне, но считала себя более знающей, более сильной. Не физически, конечно. Она показывала чудеса, я удивлялся. Но в определённый момент я понял, что моё могущество растёт, оно свободно в пространстве. Овада же как привязанный щенок. И с каждым днём лесные фокусы становились всё скучнее, я хотел большего. Но девочка, казалось, не понимала перемен во мне. И увидела меня настоящего лишь в день своей смерти. А теперь боится. Губы мои растянулись в улыбке, голос зазвучал резко:

— И не стану извиняться!

Страха в её глазах стало меньше. Я прикусил язык, и обвинение в быстром утешении в объятиях другого тоже осталось невысказанным. Это ниже моего достоинства. Пусть думает, что мне всё равно. Мне и так всё равно.

— Значит, это теперь твоя сила, да? – отвернувшись, спросила девочка. – Та, что ты украл из Источника… Я не сразу поняла, поскольку Серёжа… то есть его тело…

Она плюхнулась на скамейку и уткнулась носом в ладошки. Через минуту раздался её глухой, булькающий от слёз, голосок:

— Почему ты выглядишь, как он? Я не понимаю! Это же невозможно!

Ну что я мог ответить? И сам считаю, что такое невозможно. Но с фактами особо не поспоришь. Это не мои руки, не мои ноги, но я же – Алекс! Думаю, что Алекс… ведь думаю, как Алекс? Обхватил руками голову: как это вынести? Эти линии живы связали нас во времени, в пространстве да плюс поменяли местами. И почему это коснулось именно меня?! Почему, допустим, Шайри не оказалась в теле Мерцаны? Так было бы проще. Мне.

Овада отняла ладошки от личика, губки её сжались в тоненькую линию, глаза горели чёрным огнём. Я вздрогнул от неожиданности. В памяти встал образ Жанны в больнице.

— Шайри, – сипло позвал я.

Девочка не отозвалась, в облике её что-то неуловимо поменялось. Губ коснулась хищная ухмылка. В тонких пальцах я заметил тот самый мундштук, который медленно растягивался в изящный кинжал.

Миг, и она бросилась на меня. От неожиданности я отшатнулся, машинально схватив нетбук. Лезвие с лёгкостью прошило экран, но тут же увязло во множестве бумаг. Когда компьютер снова стал старой толстой книгой, я не заметил. Но физически почувствовал удовольствие «консервов» от этого превращения. Он словно показал мне, что от техники мало толку, а книга вечна.

Шайри страшно закричала, отдёрнув руки. Кинжал сердито шипел, застряв в фолианте, как будто случилась химическая реакция между двумя разными живами. Девочка замолчала, дуя на ладошки, словно обжегшись.

— Ах, ты тварь! – разозлился я.

— Прости, Серёженька! – взвизгнула Шайри и тут же поправилась: – То есть, Лёша… Ах, не знаю, что со мной, простите меня оба! Я думала, что вернулась, но я опять что-то натворила. Как тогда, когда была проклятой полумёртвой овадой. Я убивала, жгла, взрывала каждый раз, как теряла слабый контроль над собой. Я всё ещё проклята!