Книга Ночь с убийцей, страница 78 – Ольга Коротаева, Диана Билык

Кунай напал на мои губы, будто желал наказать, — сминая, врываясь языком, сплетаясь языком с моим в буйном и порочном танце. Казалось, он едва сдерживался, чтобы не ускорить темп внизу, поэтому терзал мой рот, ввергая в пучину страсти, выдирая из реальности.

— Тэкэра, моё солнце! — щекоча мои губы своими, хрипло прошептал Кунай. — Моя луна… Влада. Мне всё равно, как ты назовёшь себя, моя демоница. Ты вся моя, а я твой.

Он медленно и осторожно вышел и вбился чуть глубже, застонав при этом так, что внутри будто обожгло лавой, и огонь разлился по венам, сосредотачиваясь внизу живота сладким обжигающим наслаждением.

Эти слова, эти взгляды, это прикосновения. Я в них растворялась и забывалась. Ловила каждое движение Куная и, подаваясь вверх, обнимала его бедра и шире разводила свои, чтобы он пронзал меня глубже. Плавно, осторожно, но разогревал все больше и ярче, ускоряя темп. Я не знала, как нужно, я просто шла за ним и его движениями.

Было похоже на танго. Три шага вперед, один назад, и мурашки по коже, а потом рывок и остановка. Еще-еще-еще мах. Толчок. И цепочка слаженных ударов вглубь. Ритмичные шлепки и протяжный стон. Изгиб спины до хруста позвонков.

Я пыталась дотянуться, укусить, попробовать на вкус его теплую кожу, слизать пот, но напористость и власть мужчины не давали мне, подчиняли, и я наслаждалась его силой, что способна оградить от любых бед.

Только бы научиться спасаться от себя самой.

Большие ладони оказались на моей груди, напряженные соски горели от ласки, а я хотела больше. Острее и больнее, чтобы плавиться под его руками и исчезать. Меня словно уносило рекой вожделения куда-то не вниз, а вверх. Словно мне было мало того, что есть. Хотелось большего.

На миг, когда сокрушимая волна подошла слишком близко, угрожая утопить, а плотное распирание сменилось огненной тугой спиралью в животе, я потеряла контроль.

Очнулась и поняла, что это случилось снова.

Я оседлала мужчину и, расцарапав ему грудь, насаживалась так глубоко, так резко и неистово, что, казалось, достигну пределов невозможного.

Когда мы перевернулись? Как я оказалась сверху?

Подняла руки, застыла на подлете, но Кунай сжал мои ягодицы и потащил на себя, подкидывая навстречу бедра. На его смуглом лице застыла гримаса наслаждения, смешанная с болью. Черные глаза сверкали огнем, а темные волосы распластались по подушке. Он великолепен. Он мой. Только мой. Любимый.

И я разлетелась на куски, невозможно сладкие и острые. Я никогда прежде такого не испытывала, вернее, я не помнила. Затряслась в судорогах и неосознанно впилась в сильную грудную клетку, ненароком проколов кожу. И, сотрясаясь, почувствовала, как пульсирует внутри мужская плоть, как обжигает горячая влага, и я как спокойно и легко становится на сердце.

— Сокровище моё, — прохрипел Кунай и рассмеялся. — Как же я скучал по тебе…

На миг замер и, полоснув меня тёмным взглядом, оскалился, будто дикий зверь:

— Как тебя называть, любовь моя? Тэкэра? Влада? Кто ты сейчас, жена? Демоница, что выжала меня до капли, или лиса, что довела до безумия воздержанием? Я. Тебя. Хочу!

И внутри меня снова стало тесно, будто мужчина не излился в меня так обильно, что между нами было мокро, и окутывал мускусно-молёный аромат наслаждения. Горячие ладони сжали мои ягодицы до сладкой боли.