Книга Служебный роман с чужой невестой, страница 55 – Ольга Коротаева, Диана Билык

Комар медленно покачал головой:

— Зачем? И так ясно. Он сказал, что если я хочу, чтобы Ева осталась жива, то должен всё подписать. Жизнь моей девочки для меня дороже всего на свете, Дим. Я не знаю, как теперь буду выпутываться из сетей Дрейка, но это не важно. Ева так сражалась со мной за право петь, жаль её расстраивать. Дочь пострадает в любом случае...

— А может и нет, – проговорил я, посматривая на Комара.

Решил всё же повременить с новостью о том, что он возможно станет дедушкой. Сначала я решил поговорить с Евой. Даже если я для колючки лишь приключение перед свадьбой и вызов отцу, то, возможно, она задумается о нашем будущем. Я предложу ей оплачивать её сценическую карьеру, если она оставит ребёнка. Но для этого на годик о сцене всё равно придётся забыть. Несчастье Комара неожиданно подарило мне шанс быть с той, что зацепила меня, и я его не упущу.

В дороге я потребовал менеджера Евы встретить нас и провести в зал. Энжи попытался строить из себя недотрогу, но имя отца Евы быстро сбило с него спесь. Нас встретили с распростёртыми объятиями, и я лишь хмыкнул. Когда весь этот цирк буду оплачивать я, всё будет совершенно иначе.

Но сегодня нас провели внутрь, и я первым делом проверил, где находятся мои ребята. Убедившись, что безопасность Евы на высоте, обратил внимание на девушку, и дыхание перехватило.

Она была прекрасна! Как ангел, спустившийся с небес, совершенная богиня, неземная нимфа, чудесное видение… Такой колючку я ещё не видел. Струящееся до пола платье превратило её в сказочную принцессу, а песня, которую исполняла Ева слегка хрипловатым голосом больше напоминала мои любимые рок-баллады, чем лёгкую попсу. Прислушавшись к словам, я ощутил, как сердце пропустило удар.

Захотелось оказаться рядом. Просто чтобы видеть её, ощущать её, осязать, слушать её… как можно ближе. Моя бабочка словно покинула кокон и расправила крылья.

Слушатели в зале, включив фонарики на сотовых, помахивали ими в такт мелодии. На лицах многих я видел блестящие дорожки слёз… Ева своим творчеством трогает сердца, и это никак нельзя назвать хобби. Это – призвание! Я посмотрел на Комара и замер, боясь спугнуть с его лица выражение надежды. Такой слабой, как тонкий росток среди асфальта, но такой прекрасной.

С улыбкой обернулся к Еве: как изменится взгляд девушки, когда она поймёт, что отцу понравилось её выступление? И улыбка сползла с моего лица. Ева бледнела на глазах, движения становились рваными. Она опустила микрофон, и зал взорвался аплодисментами.

В сутолоке я потерял Энжи, Комар пошатывался и напоминал оживший труп, но больше меня беспокоила Ева. Я написал парням сообщения, но сомневался, что они будут их читать. Сейчас, когда на объект направлено столько внимания, им и так приходится прыгать выше головы, чтобы распознать возможную угрозу. Но угроза была рядом: Ева! Я видел, что девушка снова на грани обморока.

Пробиваясь в толпе, я с трудом пробирался к Еве, которую уже окружили репортёры, и тащил за собой Комарова. Молясь, чтобы Коул всё же догадался посмотреть на девушку, оценить её физическое состояние, оттеснить журналистских хищников, не не успел…

— Комаров Продакшн с сегодняшнего дня считается владением мистера Хилла. Что вы на это скажете?

Я зарычал и поклялся придушить того гада, который решился это сказать, как скорее ощутил, чем услышал слабое “Помогите…”, как тут же сорвался с катушек. Мишка, ты меня называла? Сейчас я на самом деле превратился в дикого медведя-шатуна, раскидывая в стороны репортёров, наступая на технику, бросился к ней.