Книга Служебный роман с чужой невестой, страница 119 – Ольга Коротаева, Диана Билык

— А ты попробуй посмотреть на свадьбу не как телохранитель невесты, – посоветовал сын, – а как счастливый жених. Может, Ева чаще улыбаться станет.

— Она часто улыбается, – нахмурился я.

— Когда ты не видишь, как она плачет, – процедил сын. – Ты бесчувственный чурбан, папа!

И отключился. Я растерянно посмотрел на трубку: вот и поговорили. В этот момент вышла Ева и посмотрела на меня настороженно:

— Что-то не так?

— Это я хотел спросить, – ответил я и обнял её: – Макс сказал, что ты часто плачешь. Ты не счастлива?

Ева сверкнула глазами, открыла рот, но ответить не успела. К нам подошел врач, отдал снимки с УЗИ и попрощался. Я с улыбкой смотрел на фотографии, а Ева вздохнула и молча пошла к выходу.

Я догнал невесту и обнял за плечи:

— Жду ответа. Почему ты плачешь?

— Нервы, – буркнула она. – Доктор прописал лекарство, говорит, что просто нужно меньше нервничать и больше есть… витаминов.

— Всё будет хорошо, – поцеловал я её в макушку.

Но выспрашивать дальше не стал, хоть и чувствовал, что Ева лишь отмахнулась. Думаю, плачет она из-за того прыща, которого выгораживала. Вилли Хилл, будь он неладен! Я сжал незаметно кулак и скрипнул зубами: надо позвонить Олби, узнать, как там продвигается расследование.

То, что преступник в тюрьме, меня успокаивало, но то, что Комар нанял парню отличного адвоката – злило. Ведь Сергей и не верит в невиновность парня, как и я! Но мы молчим, чтобы не расстраивать Еву, а она всё равно льёт слёзы, и мне захотелось добряка-Вилли придушить.

Я пытался развеселить Еву, даже прошёлся с ней по магазинам одежды для беременных. В объёмных нарядах её ещё тонкая фигурка смотрелась так забавно и мило, что я смеялся, как сумасшедший. В конце концов, и Ева начала улыбаться. Тень печали исчезла с её глаз. Мы накупили целый ворох нарядов, и я повёл свою женщину в ресторан.

Но Ева не хотела есть. Моя ненасытная кошечка хотела меня. Пришлось заплатить администратору, чтобы впустил нас в подсобку, где Ева отдавалась мне так, будто к вечеру в мире наступит Апокалипсис. Я и сам не мог насладиться своей колючей радостью, вторгаясь в неё вновь и вновь изливаясь, присваивая, доказывая, как она – они – важны для меня. Моя нежная бабочка. И наш малыш.

Я стоял перед зеркалом и едва сдерживал дрожь в руках. Максимилиан Честенер, который пришёл на нашу свадьбу и заявил, что будет моим шафером, снисходительно смотрел сквозь отражение и не скрывал довольной улыбки.

— Как под пули бросаться, так Винни не боится, а как колечко на пальчик надеть – так бледнеет, как мел!

— В-все в п-порядке, – уверенно заявил я.

— И поэтому заикаешься? – саркастично уточнил Макс и поманил пальцем своего крестника: – Максимка, пойди спроси девчонок, как там невеста, готова или свалила, пока есть возможность, от твоего чокнутого на все пистолеты папочки…

— Макс! – воскликнул я.

— Ладно-ладно, – миролюбиво отозвался друг и подмигнул крестнику, а Максимка с ухмылкой выскочил из комнаты, где я надел свой последний, надеюсь, свадебный смокинг. – Уж и пошутить нельзя. Что же я, не вижу, что несчастная девчонка в тебя по уши втюрилась?

— Да? – вздрогнул я. – Думаешь, она любит?

— Хе, – усмехнулся Макс и пристально посмотрел на меня. – Неужели она тебе этого не говорила?