Книга Папа из другого мира, или Замок в стиле лофт, страница 14 – Ольга Коротаева

Ощущая растущий энтузиазм, я почти вбежал по лестнице.

И тут же был сбит прыгнувшей на меня собакой. Над нами что-то просвистело, позади громыхнуло. Не удержавшись, я покатился вниз в обнимку с Пёселем Лаврентьевичем.

— Ты жив? – раздался над моей головой взволнованный голос девочки.

— Да, я жив, – просипел Пёсель и слез с моей головы.

Я был ему за это премного благодарен и хотел было подняться сам, но понял, что не могу ни пошевелиться, ни что-то сказать. Запаниковал, испугавшись, что при падении что-то себе повредил. Да ещё нога, укушенная какой-то рыбой, болела всё сильнее.

— Да я папу спрашиваю, – отмахнулась от собаки Джессика. – С вами-то что сделается?

— Правильно, зачем меня жалеть? – обиделся Пёсель. – Помру — больше еды вам достанется…

При упоминании еды мой организм оживился, живот подвело так, будто я не ел минимум неделю. Впрочем, я же не знаю, сколько времени прошло между моментом, когда я закрыл глаза в своём мире, и моментом, когда открыл их здесь.

— Прекратите ворчать, – потребовала девочка и попыталась меня поднять. – Лучше помогите… Ох, какой папа тяжёлый!

— Что произошло? – услышал я недовольный голос пацана. – Почему неприкаянная душа изображает коврик в нашей гостиной? А с Пёселем что случилось? Джессика, опять твои проделки?!

— А что со мной? – испуганно тявкнула собака.

— Вы себя в зеркало видели? – с лёгкой ноткой сочувствия спросил Джонатан.

— Н-нет, – икнул пёс, и тут же раздался удаляющийся топот его лап.

Я и сам заинтересовался, что же случилось с собакой, но не смог и глаз открыть. К тому же вопрос, что произошло со мной, остаётся открытым. Если я парализован, то дело худо… Замок на отшибе, до помощи неизвестно сколько километров. И судя по тому, что никаких коммуникаций в доме я не заметил, со связью тут совсем глухо…

— Ну вот зачем ты ему сказал? – сердито буркнула Джессика. – Подумаешь, попала заклинанием… Я случайно! Хотела для папы красивую причёску себе сделать, но чуточку промахнулась.

— Да нет, – ехидно отозвался её брат. – По Пёселю Лаврентьевичу попала.

Девочка ничего не ответила ему, лишь снова потормошила меня.

— Пап, что с тобой? Джонатан, почему он не двигается?

— Дышит? – деловито уточнил её брат.

— Вроде да… Пап! Пап, вставай!

— Джесс, хватит его так называть, – тихо попросил Джонатан. – Наш папа умер. А это всего лишь неприкаянная душа.

У меня в груди похолодело. Так отец мёртв? Стоп! Они не сироты, Джонатан сказал, что их мама решит, что со мной делать. Как вернётся. Если вернётся. Вспомнилось, как отреагировала девочка на вопрос о маме…

— Теперь он наш папа, – упрямо заявила девочка. – А если ты против, то мой и Агнесс. Он ей понравился!

— Судя по состоянию души, недолго ему играть вашего папу, – хмыкнул парень.

— Да помоги же! – настойчиво потребовала девочка. – Что мне с ним делать?

— Об этом надо было думать до того, как притащила неприкаянную душу в Шаад, – назидательно произнёс Джонатан.

— Злыдень!

— Язва!

— Джо-о! – жалобно протянула Джессика и всхлипнула.

И Джонатан, как настоящий (хоть и маленький) мужчина, сдался.

— Не хнычь. Посмотрю, что можно сделать.

И я его понимал! Сам не мог переносить женских слёз. Судя по пыхтению, парень меня осматривал, но прикосновений я не чувствовал. Плохо, очень плохо. Умирать второй раз ой как не хотелось, особенно так глупо — быть сбитым с лестницы и придавленным болтливой собакой. Я и в пожарные пошёл, чтобы умереть героем… Раз уж жить долго и счастливо не получалось.