Книга Развод. Бывшая моего мужа, страница 26 – Саяна Горская

— Она решила уехать?

— Ну, не то чтобы это было её решение… — философски взмахивает Лара в воздухе чайной ложкой.

Не моргая смотрим друг другу в глаза.

— Ты выгнала её? — доходит до меня. — Лар, ты обалдела?

— А что такого?

— Ничего, просто… Это же моя мама.

— Да, и у неё есть своя квартира.

— Невероятно! Я сегодня в шоке от тебя!

На лестнице что-то громыхает.

Мама с чемоданом заглядывает на кухню, награждая Лару презрительным взглядом.

— Вы уже уезжаете? И кофе не попьёте? — Лара спокойна, даже подозрительно холодна.

Мама же красная и взбешённая.

— Ты, мерзавка, ещё пожалеешь об этом, когда…

— Мама! — шикаю на неё, пресекая.

— Нет, продолжайте, Елизавета Александровна. Я вас внимательно слушаю. Мне правда интересно.

— Пожалеешь! — пророчески повторяет мама, взмахивая пальцем.

Идёт к выходу.

В два шага приближаюсь к Ларе. Хватаю за предплечье.

— Я не понимаю, что с тобой сегодня?!

— Если честно, мне некомфортно жить с твоей мамой под одной крышей.

— Раньше тебя не смущали её визиты.

— Они всегда смущали меня. Просто раньше я пренебрегала своим комфортом в угоду тебе.

— Что изменилось?

— Всё. Я подумала, что раз уж я беременна, то мне нужно думать о себе в первую очередь.

— Да с чего ты взяла, что ты беременна?! — неожиданно для себя взрываюсь я. — Это бред!

— Всё-таки не рад, — констатирует Лара, стряхивая с себя мою руку. — Ладно, отвези маму домой. Она ждёт.

— Поговорим, когда вернусь.

— Обязательно.

Забираю ключи от машины и, хлопнув дверью, ухожу.

Лара.

Дверь за Андреем с хлопком закрывается.

Я вздрагиваю от резкого звука и без сил стекаю на пол. Из меня словно разом выкачали весь воздух.

Это во много крат сложней, чем я предполагала, — держать лицо и не выдавать настоящих эмоций, растерзывающих сейчас мою душу на мелкие кусочки.

Мне отчаянно хотелось броситься на него с кулаками, потребовать объяснений и посмотреть прямо в глаза этому беспринципному мерзавцу.

Чтобы он понял, какую боль причинил мне своим предательством и ложью.

Чтобы увидеть в нём хоть каплю сожаления и раскаяния.

Это настоящая пытка.

Мне больно до исступления смотреть на человека, который ещё несколько часов назад был самым родным, а теперь — недостижимо далёкий и чужой.

Он такой же, как раньше.

Но другой.

Не мой.

Кто он на самом деле? Знаю ли я о нём хоть что-то, или всё это было лишь образом?

И наша счастливая жизнь тоже была ложью, прикрытой красочными декорациями?

Жизнь умело срывает маски, и нужно сказать ей за это спасибо.

Впопыхах собираюсь, чтобы уйти из дома до того, как вернётся Андрей.

Мне нужно время на восстановление внутреннего ресурса перед очередной стычкой с мужем.

Уже в дороге звоню Тае и предупреждаю о том, что скоро загляну в гости. Подруга моментально считывает по голосу моё волнение, но ничего не спрашивает.

К Тае я врываюсь, подобно урагану, сметая стоящую у порога деревянную статуэтку кошки.

— Ого! Выглядишь ты…

— Хреново? — прохожу на кухню.

Тая, офигевая, идёт за мной по пятам.

— Воинственно, будто собралась биться за Асгард. Так, сейчас я заварю чай, и ты всё расскажешь, хорошо?

— А можно что-то покрепче?

— Я заварю тебе очень крепкий чай, — понимающе улыбается подруга.

Мы молчим. Тишину нарушает лишь шум закипающего чайника.

Нервно отстукиваю ногтями по столу.