Книга Игра в снежки, страница 46 – Ника Громова

Я так боюсь, что потеряю её, но гораздо больше боюсь за её безопасность. Поэтому стараюсь быть убедительным.

— Просто. Уходи. Отсюда. Сейчас же, — мрачно выдавливаю из себя.

Снежинка меняется в лице, в больших серых глазах плещется обида и уязвленность. Это рвёт мне сердце, но уж лучше я потом объясню ей все, только бы она не связывалась с этой компанией.

Снежинка разворачивается и быстро уходит.

Если бы я пошёл за ней, гарантированно Юра бы тоже увязался за нами, поэтому я стою, как вкопанный.

Кровь разгоняется по венам, нервы взвинчены до предела. Вдруг она не простит меня?

Чёртов выпускной! Лучше бы я набрался смелости и пригласил её куда-нибудь, пусть даже пришлось бы занять для этого денег.

— Стасян, мы так не договаривались, — произносит Юра и встаёт с места, чтобы отправиться следом и вернуть Снежинку.

Я не могу этого допустить.

— Нет, Юр, — говорю серьёзно и преграждаю ему путь.

Он скалится и пытается меня сдвинуть. Но я готов стоять до последнего, хотя и понимаю, что мы слишком разной комплекции, чтобы я мог ему чем-то угрожать. Юра делает ещё шаг, я хватаю его за плечо, секунда, и мы сцепляемся. Мне прилетает пара крепких ударов, из глаз сыпятся искры, тело пронзает агония боли.

— Нет, Юр, не в этот раз, — я сплевываю солёную кровь, стекшую из разбитой губы.

Мы снова боремся, вижу в его глазах мелькает удивление из-за моего упрямства. Он укладывает меня на землю словно пушинку в несколько движений. Тело пульсирует болью, но я заставляю себя подняться, показывая Юре, что не отступлю. Тот хрипло посмеивается.

— Ладно, Стасян, не будем портить праздник.

Я втягиваю воздух в горящие огнём лёгкие, откашливаюсь. Мать меня убьёт за испачканную одежду. Но это не важно.

* * *

Через несколько дней у девятиклассников намечена фотосессия. Я узнаю об этом случайно от их классного руководителя. И прихожу в школу в надежде увидеть Снежинку и объясниться с ней. Нервно стучу кроссовком об пол. Ладони потеют.

Я вижу её у дверей кабинета географии. Она в спортивной футболке и джинсах, волосы убраны в хвост, такая хрупкая и красивая. Подхожу ближе.

— Привет, — начинаю, — можно тебя?

— А зачем? — она упрямо вскидывает голову и облает холодным серым взглядом.

Я не могу винить её за это, но пока не готов сдаться.

Её подруга делает выводы и сама оставляет нас наедине.

— Я хотел объясниться, — произношу, вижу, что Снежинка поджимает губы и старается не смотреть на меня. — Извини, я..

— Что ты? Выгнал, потому что стало стыдно за меня? Вижу по синяку под твоим глазом, что ты отлично провёл вечер. Но знаешь, так тебе и надо! — выдаёт она гневно.

— Что? Если бы ты не была такой заносчивой и выслушала, то поняла бы, что так было лучше, — я начинаю раздражаться и одновременно меня охватывает отчаяние — она мне не поверит.

— Перестань нести чушь, Стас, я все про тебя поняла, — усмехается Снежинка и уходит.

Я хочу догнать её, попробовать убедить, но её слова словно приковывают меня к месту.

“Я всё про тебя поняла” — это означает, что она действительно поняла и никогда не согласится быть с таким, как я.

Снежана

Время близится к пяти вечера. Я сижу за компьютером и бездумно удерживаю взгляд на пустом мониторе. Буря эмоций поутихла и пришло спокойное осознание действительности. Жёсткие слова Рады Петровны до сих пор звучат в моей голове “Если ты не в состоянии уследить за документами, как ты собираешься управлять целым отделом? Для начала научись выполнять хотя бы непосредственные обязанности, иначе мне придётся тебя уволить”.