Онлайн книга «Развод. Коронное блюдо – месть»
|
Бегло прокручиваю в голове заранее подготовленную Дианой речь. Мне нужно будет сказать о том, как Олеся мечтала об этом ресторане, как она хотела, чтобы это место стало успешным. Каждое моё слово тщательно взвешено ради того, чтобы окончательно закрепить за собой образ любящего и страдающего мужа, а за Олесей — человека, который ушёл слишком рано. Пусть даже пока они об этом не знают. Люди обожают такие истории, поэтому я должен отыграть свою роль до конца. В зале заняты все столы. Многие гости просто расхаживают туда-сюда, общаясь и перекидываясь шутками. Официанты шустро разносят тарелки с ароматными блюдами. В бокалах плещется вино и шампанское. Дина уметеливает на кухню отдать распоряжение о том, что торт нужно выкатываться сразу после моей речи. Присаживаюсь на высокий стул у барной стойки, металл микрофона холодит пальцы, но чувствую я себя на удивление спокойно. Благостно. Взгляд мой скользит по лицам, я улыбаюсь, и, приветственно кивнув собравшимся, начинаю. — Дорогие друзья, — голос звучит уверенно, слова льются гладко, — спасибо всем, кто сегодня смог прийти. Этот ресторан — не просто очередной проект. Это место было мечтой моей жены… моей Олесеньки. Уверен, если бы она была сейчас здесь, она бы пришла в восторг от происходящего! Продолжаю заливать публике в уши, глазами бегаю по собравшимся, с удовлетворением отмечая, как легко они хавают эту несусветную чушь! И вдруг… Внезапно я вижу её. Олеся. Она стоит среди гостей, смотрит прямо на меня, неподвижная, как статуя. Ничего не делает. Совершенно ничего. Просто смотрит. На голове её глубокий капюшон, скрывающий в тени половину лица, но я, чёрт возьми, знаю свою жену! Это она! И её парализующий взгляд будто проникает мне под кожу. Нет, это нервы… Это всё от стресса. Воздух застревает поперёк глотки, речь сбивается. Что я говорил? — Для неё… Это было бы очень важно… — Рассеянно повторяю последние слова, но уже не контролирую дрожь в своём голосе. Она просто продолжает стоять и смотреть на меня. Моё дыхание учащается, грудь словно сжимают стальные тиски, а мысли путаются в голове. — Это всё мы сделали благодаря… Благодаря… Пытаюсь проморгаться и с нажимом тру глаза. Рука сжимает микрофон так сильно, что пальцы немеют. Чёрт. Этого не может быть! Я собственными глазами видел её мёртвое тело! Я сам видел! Не выдерживаю. — Извините… Откладываю микрофон в сторону, быстро иду через толпу и столы. В груди стучит что-то тяжёлое, пульс рвётся к горлу. Я бегу, ищу её глазами, пробираюсь сквозь гостей. Где она? Только что стояла здесь. Подхожу к тому месту, где видел её. Нет. Пусто. Рядом стоит пара мужчин. Они беседуют между собой, и я решительно дергаю одного за рукав: — Где она? — Кто? — Моя жена! Олеся! Где она? — Пропала ж вроде… — вздёргивает он брови от удивления. — Забыли? — Нет! Только что она была… Только что! Олеся! Люди смотрят на меня, как на сумасшедшего. — Вы что, не видели её?! Она была здесь! — Простите, кто был здесь? Господи! Неужели я один её видел?! Бросаюсь через зал к выходу. Холодный воздух резко бьёт в лицо, я хватаю его жадно, словно утопающий. Оборачиваюсь, пытаясь найти хоть тень, хоть след. Малейшую зацепку. Никого. Нет, это невозможно! Она мертва! Я знаю это. Неужели обознался? |