Книга Пересекая черту, страница 131 – Ана Сиа

Она уехала в Лейпциг неожиданно, после новой попытки Рэйвена сделать ей предложение, и внезапно поняла, что дальше так продолжаться не должно. Рэйвен не может бесконечно звать её замуж, выглядя после нового отказа всё более потухшим и теряющим надежду, и Элла не хочет его понапрасну мучать. Она может либо принять предложение Рэйвена, бесповоротно связав с ним свою жизнь, либо окончательно сказать «нет», поставив точку в этом вопросе и, очевидно, в их отношениях. Рэйвен Мейер не тот, с кем можно играть, и Элла знает это. Как бы сильно блондин ни обожал её, как бы много ни позволял и каким бы терпеливым ни был, у него всё же был лимит, который с каждым отказом истончался всё больше и больше. Пусть он в этом и не признается, но Элла видела, как больно ему было после её отказов, и с каким пустым взглядом Рэйвен потом переживал это.

Элла смотрит на моросящий за окном дождь и буквально каждой клеточкой тела чувствует, как затягивает в себя воронка холодной тоски. Без Рэйвена буквально ломало рёбра, но упрямый мозг продолжал анализировать ситуацию под микроскопом, все действия, чувства и воспоминания. Согласившись выйти за Рэйвена замуж, она получит в этой жизни всё и даже больше, взамен смиряясь и принимая тот мир, в котором живёт Рэйвен, — полный насилия и по уши завязанный в криминале. Элла видел, каким может быть Рэйвен, видела его лицо, когда он держит в руках оружие и когда заносит кулак над человеком: так выглядит хищник, любящий насилие и упивающийся запахом крови. Это нельзя было изменить — лишь принять, научившись не позволять зверю Рэйвена брать над ним верх. Это то, что примет на себя Элла, согласившись связать свою жизнь узами брака с Рэйвеном.

Элла смотрит на прогибающиеся за окном под очередным порывом ветра деревья и одним глотком допивает чай в чашке, подзывая официанта и расплачиваясь, надевает пальто и выходит на улицу. Прохладный воздух и моросящий дождь остужают путанные мысли, проясняя голову. Колючие порывы ветра заставляют поёжиться, рождая холодное чувство тоски внутри. Наверное, именно в такую погоду и просыпается обычно загоняемое в самые дальние уголки души ощущение одиночества, которого, кажется, и вовсе не должно было быть. Элла знает, что она не одинока, в её жизни есть близкие и любящие люди, но сейчас, бесцельно бродя по знакомым с детства улицам, она как никогда чувствует себя одинокой, пустой и потерянной. Пальцы почти физически горят от желания достать из кармана телефон и позвонить Рэйвену, услышать его голос и понять, насколько он рад её слышать. Всё, что её останавливало — данное самой себе слово: пока она окончательно не разберётся в своих мыслях, она не станет тревожить Рэйвена.

В Берлин Элла должна вернуться с окончательным ответом, и Рэйвен тоже это понимал. Конечно, Элла может больше не затрагивать эту тему, вести себя так, словно не было никаких сомнений, и она ездила просто навестить родителей, но это будет означать медленное и верное разрушение всех построенных между ними мостов. Рэйвен обладал поистине упрямым характером и железным терпением, но он не признавал полумер: либо Элла полностью и целиком с ним в качестве его жены от начала и до конца, либо не с ним вообще. Он не озвучит этого вслух, но Элла достаточно хорошо знает блондина, чтобы понимать его мысли. Рэйвен Мейер всегда был честен с ней, и Элла хотела быть честной в ответ.