Книга Черный пес замка Кронк, страница 73 – Яна Черненькая

– А она… Эмили…

– Бросилась со старой сторожевой башни… Уолт, – брат положил руку на его плечо, – я помню, что она для тебя значила, но та Эмили, которую мы все знали, умерла уже давно. Намного раньше, чем встретила свою смерть на каменных плитах.

Он не раз думал, как поступил бы, останься Эмили в живых, дождись его приезда. Иногда ему казалось, что он мог найти в себе силы и простить. Иногда…

Но какая теперь разница?

Уолтеру осталась только ненависть. Брат пытался его образумить, но тщетно. В тот же день де Редверс приехал в Ландерин с тем, чтобы вызвать на дуэль графа Уилтшира. Он был готов ответить за убийство мерзавца. Виселица его не пугала. Но граф лишь рассмеялся ему в лицо и предложил обратиться в суд, если «бедному обманутому жениху так сильно жмут рога». И многие слышали его слова. Но граф еще не знал, кто такой Уолтер де Редверс…

– Граф Уилтшир, вы приговорены к смерти за убийство Эмили Мэй Салливан, – произнес де Редверс, выходя из своего укрытия за стволом векового дуба. Пистолет в его правой руке был направлен прямиком в лоб высокородному проходимцу, а света немногочисленных газовых фонарей вполне хватало, чтобы хорошо прицелиться.

– Вы с ума сошли? – Граф нервно озирался, вероятно, в надежде обрести подмогу, но поздней ночью огромный Гемптонский парк был безлюден.

– Вы отказались принимать вызов, как это сделал бы любой джентльмен, знающий, что такое честь. – Уолтер положил второй пистолет на дорожку и отступил на несколько шагов. – А я отказываюсь подавать в суд за оскорбление чести и убийство моей невесты. На вашу беду, граф, я не торговец. И предпочитаю иную плату. Но можете не трястись. Я и не убийца. Берите пистолет. Вы стреляете первым. И молите дьявола, чтобы помог вам не промахнуться…

Оглушительный грохот заставил его очнуться. Вокруг что-то падало, ломалось. Уолтеру даже на мгновение показалось, будто он вновь стоит там, в парке, а приговоренный к смерти граф трясущимися руками наводит на него дуэльный пистолет.

— Николас! Негодник! – услышал он возмущенный незнакомый голос, и этот голос уж точно не мог принадлежать мужчине.

Уолтер прищурился. Слишком яркий свет бил в глаза, привыкшие к темноте. Он видел лишь тени и не в силах был понять, где оказался и кто перед ним – порождение бреда или живые люди. Но потолок над ним стал высоким и белоснежным, и раненый понял, что слуга посмел его ослушаться. Будь Уолтер не так слаб, он схватил бы глупого юнца за ухо и устроил бы выволочку, но сейчас ему с трудом удавалось даже шевелить рукой. Унизительно. Нелепо. Стыдно.

А потом он опять услышал женский голос. Возмущенный и звенящий. Незнакомая девушка, называвшая его по второму имени, говорила странные слова про самоубийство, грехи, репутацию. Он с трудом понимал, чего она хочет, но леди была так грозна в своем негодовании, что проще было покорно глотать бульон, который подносили к его рту, – ведь, судя по всему, именно этого от него и требовали. Что было дальше – Уолтер не запомнил, вновь провалившись в темную пучину забытья.

— Ты точно справишься? – Сильвия уже в десятый раз задавала Раджу этот вопрос.

Нет, конечно, дело было не в том, что она сомневалась в его сообразительности. Просто ей отчаянно не хотелось оставаться ночью одной у постели раненого. Даже несмотря на то что ближе к вечеру она еще раз сходила в город и принесла много апельсинов и масла.