Книга Парадокс Харди, страница 106 – Анна Свирская

Она и в этот раз не дала страйдеру собрать щупальца в одно, а то, что было дальше помнила уже смутно. Как им и говорили во время обучения. Как Найт говорил.

Она видела, как изгибались гравитационные линии, видела, уязвимые точки страйдера, укрытые в других измерениях, видела его истинную кошмарную сущность – и знала, что ничего из этого потом не вспомнит.

Она рубила и колола. Её единственной целью было защитить Найта. И то, что не мог сделать один «клинок», двое могли…

Сандра не заметила, в какой момент Найт вогнал меч в неглубокую ложбину между двумя сегментами, но она почувствовала, как упругая плоть страйдера словно каменеет под ногами.

Главный нервный узел располагался примерно в четырёх метрах под поверхностью кожи и был огромным, как и всё у страйдера. Они с Найтом по сути дела стояли на нём.

Страйдер замер.

Сандра пару мгновений прислушивалась, а потом они с Найтом бросились в разные стороны – рубить.

Найт остался наверху, где были самые опасные щупальца и хвостовой отросток, Сандра съехала по щупальцу вниз – ей надо было заняться «ножками», чтобы не дать страйдеру двигаться.

А что потом цикл поглотил её сознание окончательно.

* * *

Сандра с трудом открыла глаза. Тело сковывала такая слабость, что даже веки не желали подниматься. Она попробовала пошевелиться, и поняла только, что у неё болят мышцы на руках и почему-то между лопатками, да и вообще все болят, но в этих местах особенно сильно.

В голове была пустота. Она помнила, как застыл страйдер под ногами, как отлетали безвольные, мягкие щупальца, а потом… Найт был без меча, а она… Она хотела убить его?

Об этом было страшно даже думать. Два «клинка» в цикле… Как они вышли? Остановили друг друга? Сандра хотела поднять руку, чтобы снять с лица кислородную маску, но даже этого не смогла.

Где-то в ладони должна была быть кнопка. Сандра не успела нащупать её и опять отключилась.

Когда она пришла в сознание повторно, то чувствовала себя уже гораздо лучше. Мышцы по-прежнему болели, но теперь она хотя бы могла поднять руку или повернуть голову. Маски на лице не было.

Найт лежал на больничной койке слева от неё. Белая перегородка была сдвинута совсем чуть-чуть, и Сандра видела его лишь от середины груди до кончика подбородка, но всё равно узнала.

Он был жив. Здесь, рядом, а больше ничего не имело значения.

К Сандре подошёл врач, проверил показания на мониторе, посветил в глаза фонариком, а потом ввёл в систему желтоватое лекарство из шприца, и Сандра снова уснула.

Перед тем, как всё померкло, Сандра вспомнила, как разрывала чёрную ткань, затягивавшую лицо Найта, как Найт хватал её за плечи сильно, до хруста, а потом, как они целовались. Нет, это нельзя было назвать поцелуями. Они терзали рты друг друга в болезненном, яростном безумии.

На третий раз она пришла в себя от голосов. Они звучали искажённо и гулко, и Сандра не сразу поняла, что это были Найт и Флеминг.

— …как будто считаешь себя неуязвимым, – Флеминг говорил спокойно, как будто даже уговаривая, но в его голосе всё равно чувствовалась угроза. – Мне ещё раз напомнить, что она дезертировала, и у меня есть все основания отдать её под трибунал?

Сандра задержала дыхание.

— Даже если она свернёт Хофтейзеру голову, ей всё равно ничего за это не будет, – насмешливо ответил Найт. – Потому что больше таких у вас нет.