Книга Скандерия, страница 83 – Алёна Моденская

— Ты, что, передумала? – тихо спросила Лиза.

— А меня кто-то спрашивал? – тем же бесцветным голосом произнесла Астра. Потом повернулась к Лизе.– Почему ты прислуживаешь?

— Потому что мои родители не смогли бы оплатить удаление шрамов, – почти беззвучно проговорила Лиза.

— Думаю, для первой примерки достаточно, – громогласно заявила Жюстина Викторовна, и девушки из салона засуетились вокруг Астры, помогая ей сойти с постамента.

Утром следующего дня Истомин принимал экзамен у студентов восьмой ступени. Когда все сдали рукописное эссе и аудитория опустела, к Истомину подошла Соня. Её родителям пришлось заплатить штраф за порчу муниципальной собственности, а в личном деле появилась запись о взыскании за несогласованную пропаганду, однако этим всё и кончилось. Исключения, которого многие ожидали, не последовало.

— Э… – Соня мялась, явно желая что-то сказать.

— Да? – спросил Истомин самым официальным тоном, на который был способен, учитывая обстоятельства.

— Я хотела спросить… Как ваша племянница?

— Спасибо, идёт на поправку, – выдал Истомин дежурную фразу, которой отделывался подобных расспросов уже несколько недель.

— Я рада. – Соня смотрела по сторонам, что-то теребя в руках.

— Вы хотели что-то ещё? – Истомин уже собрал вещи, и не смотреть на студентку становилось всё труднее.

— Вы знаете…

— Да?

— Иногда студенты старших курсов устраивают что-то вроде вечеринок, куда зовут кого-то из учителей, – шёпотом выпалила Соня.

— И? – Истомину очень не нравилось направление беседы.

— Вот. – Соня сунула ему в руку какой-то смятый комок и выскочила из аудитории.

Приглашением на «что-то вроде вечеринки» оказался маленький пластиковый листок с отпечатанным адресом, датой и временем. А на обратной стороне листка разместилась «огромная просьба ко всем получившим приглашение, после прочтения его сжечь». Истомин так и поступил, твёрдо намереваясь мероприятие проигнорировать.

Однако его решение пошатнулось уже на следующий день, когда в одном из коридоров Гимназии он случайно подслушал разговор Евы и Тони.

— Ты поедешь? – спрашивала бледная и осунувшаяся Тоня.

— Конечно, – кивнула Ева.

Никто из них присутствия Истомина не заметил – Тоня отрешённо смотрела по сторонам, будто обдумывая что-то. А Ева увлёчённо строчила в коммуникаторе.

— Нельзя такое пропускать, – сказала Ева, не поднимая глаз.

— Что-то грандиозное затевается? – вяло спросила Тоня после небольшой паузы.

— Угу, – кивнула Ева, по-прежнему не отрываясь от экрана коммуникатора. – А ты, что, не собираешься?

— Нет, – сухо ответила Тоня, глядя в сторону. – Мне нужно к врачу.

— А в другое время нельзя сходить? – Ева наконец подняла голову.

— Нельзя.

— Ну и зря. – Ева вернулась к своей переписке. – Даже Несс поедет, а она такие сборища на дух не переносит.

— А с чего она в этот раз пойдёт?

— Не знаю, – пожала плечами Ева. – Кто её разберёт. Может, хочет надрать задницу этой мерзкой пигалице с конской чёлкой. Несс – девчонка мстительная. От неё живым ещё никто не уходил. – И Ева залилась картинным гортанным хохотом, но закашлялась, икнула и вернулась к переписке.

Вечеринка состоялась девятого июня, местом проведения в приглашении значился дом номер одиннадцать литера «Г» по второй линии посёлка «Тополя». Кому принадлежал этот дом, Истомин не знал. Около половины девятого он сошёл на станции и пешком отправился искать место сбора. Он двигался по шоссе, окаймлённому по обеим сторонам зеленеющими тополями. Как-то Истомин слышал, что раньше, ещё до повальной модификации деревьев, тополя разбрасывали всюду пух, вызывающий аллергию. Что это был за пух и как деревья могли его разбрасывать, Истомин не представлял.