Книга Кочергин и Бескрылый, страница 79 – Алёна Моденская

Опять полёт в несколько шагов. Кочергин чуть не шлёпнулся. Когда увидел, что к лицу приближается заснеженная земля, сумел-таки выпрямиться и не упасть. Кажется, стало полегче. Туман в голове потихоньку рассеивался. А под мостом продолжал клубиться. Клубился. Клубами. Клубок…

— Да сколько можно!

Тычок в бок.

— Эй! — согнулся Кочергин от острой боли. — Хватит уже! Кто тебе разрешил руки распускать?! Абьюзерша хренова!

— Я тебя сейчас со склона спущу! — яростно рявкнула Яна. — Чего ты туда упялился?!

— Ладно, буду смотреть на твои буфера. — И Кочергин демонстративно стал таращиться в изумительное Янино декольте. За что мгновенно получил пощёчину. Правда, не сильную, а так, для приличия. Больше звонкую, чем злобную.

Пока Яна застёгивала куртку, бормоча что-то про слюни и похотливых увальней, Кочергин демонстративно потирал щёку и осматривался. Чудно́. Как-то всё не так. Перил над склоном нет, фонарей тоже. Дома в Почаине и у памятника как будто туманом скрыты. И Кремль то каменный, то деревянный.

— И где мы? — спросил Кочергин, убрав руку от лица.

— Да всё там же. — Яна наконец застегнулась и откинула назад волну огненно-рыжих волос. — Лучше спроси — когда.

— Когда мы? — едко произнёс Кочергин.

— Понятия не имею. Из-за этих рогокопытных все грани так истончились, что поди пойми, что вообще творится. — Яна достала откуда-то резинку и забрала шикарные волосы в хвостик.

— А там что? — Кочергин подбородком указал на мостик, тонувший в перламутровом тумане, и мерцающую реку под ним.

— Ты про Калинов мост и речку Смородину слышал? — сухо спросила Яна.

— Это здесь при чём? — наморщил лоб Кочергин, припоминая какие-то старые сказки в книжках с яркими картинками.

Яна в ответ громко цыкнула и в который раз за день закатила глаза:

— Мост на самом деле Калёнов. Раскалённый, то есть. Это граница между мирами живых и мёртвых.

— Здесь? В Нижнем?! — опешил Кочергин.

— Ну не буквально же! — Яна свистяще выдохнула и стала говорить спокойнее: — Таких мостов и речек в мире полным полно. И проявиться они могут где угодно. Правда, в некоторых местах это бывает чаще, чем в других. Вот, на съезде, например. Ты слышал, что это одно из самых востребованных мест для самоубийств в городе?

— Вроде да, — неуверенно признал Кочергин.

— Бывает, что люди проваливаются через границы между мирами. От стресса, например. Или особо чувствительные. Тогда и затянуть может. Вот и падают. — Яна сощурилась и осмотрелась. — Раньше это место охранялось, но теперь здесь столько машин, людей и вообще всякой информации, что никакая охрана не справляется.

— Ну, насчёт охраны я бы, конечно, спорить не стал, — медленно проговорил Кочергин, пятясь. — Вон туда посмотри.

Яна обернулась. Вдоль стены Кремля медленно вышагивала дама в красном сарафане на белую рубашку с расшитыми рукавами. Ростом она была метра три, и на плечах несла здоровенное коромысло.

— Плохо дело, — произнесла Яна, неподвижно глядя на даму с коромыслом, огромными шагами топающую вдоль стены Кремля. — Если она появилась, всё очень серьёзно.

— Кто это вообще? — севшим голосом спросил Кочергин.

— Господи, с кем приходится иметь дело, — вздохнула Яна. Потом громко крикнула: — Ложись!