Книга Покров 2. Багряница, страница 66 – Алёна Моденская

Василиса пошла напролом через кусты и высокую траву. До Ключа здесь недалеко, даже без костыля она дойдёт. И скажет им в лицо всё, что думает. Пусть уж папаша и её тогда арестует. Пусть наденет наручники и затолкает в каталажку собственную дочь. С него станется. Вот, значит, как. А она-то всегда верила, что он самый честный и смелый на свете.

И этот святоша тоже хорош. Не иначе, приехал нравоучения читать. А может, печи освящать? А что, недурно. Иномарки, самолёты, особняки. Теперь вот печи. Да хоть целый крематорий!

Василиса почувствовала под подошвой что-то мягкое. Остановилась, убрала ногу. Чтобы не заорать в голос, закрыла рот руками.

— Что там? Фу-у! – Коля скривился и отпрянул от разрезанной голубиной тушки, оставленной на покрытой сухими сосновыми иголками земле. – Да тут ещё одна!

— Где? – Зоя (о, и она здесь) рыскала вокруг, приседая на корточки и что-то бормоча.

— Вы здесь откуда? – Василиса, оказывается, даже ни разу не оглянулась и понятия не имела, что шла по тёмному лесу не одна.

— Ты так стартанула, мы подумали, не стоит тебя одну оставлять, – проговорил Гаврил.

— Плохо дело, – произнесла Зоя и потёрла тыльной стороной руки лоб. – Кто-то вырезал сердца у двух голубей.

— Ещё и живодёры, – сквозь зубы процедила Василиса, представляя, как хорошо было бы опустить те самые руки, что убили птиц, в кипящее масло. А следом их головы. И всё остальное. Как в ту машину, которая сама пончики жарит.

— Это приворот, – произнёс где-то за маревом ярости голос Зои. – Сильный.

Услышав знакомое слово, Василиса немного пришла в себя.

— Это не твоя бабуля такими вещами промышляет?

— Что?! – Зоя округлила глаза. А потом сжала кулаки и завопила: – Да как ты смеешь! Моя бабушка тебе помогла, а ты…

— Ладно-ладно, не кипятись, – примирительно сказала Василиса. Надо же, от вида разъярённой Зои она, оказывается, струхнула. Даже коленки ослабели. Зато способность соображать вернулась. – Это не я придумала, это люди говорят.

— Люди много чего говорят! – выкрикнула Зоя знакомую фразу. Пару часов назад Василиса точно этими же словами пыталась поучать свою маму. И вот теперь сама выслушала назидание.

— А кто тогда? – задумчиво произнёс Гаврил. – Кто знает о таких вещах?

— Много кто знает. Спроси лучше, кто умеет, – подсказал Коля.

Зоя вдруг ахнула и прикрыла руками рот.

— Ты знаешь, кто это сделал? – спросил Гаврил.

Зоя закивала, не убирая рук от лица и выпучив глаза. Потом всё-таки произнесла:

— Снежана.

— Да ладно, – отмахнулась Василиса. – Эта заучка с бантиками? Да она от вида этих птиц в обморок упадёт.

— Больше некому, – покачала головой Зоя. – Недавно преставилась одна женщина, она, ну… в общем, знала такие вещи. После неё тетрадка оставалась, так её должны были закопать вместе с ней.

— А причём тут Снежана? – Василисе совсем не хотелось знать подробностей похорон ведьм.

— Её мама работала у той женщины сиделкой. А Снежана её иногда подменяла. Она, значит, тетрадку и взяла. Ой, что теперь будет! – Зоя закрыла голову руками и стала раскачиваться.

— Я что-то не пойму, – прищурился Коля. – Почему ты думаешь, что именно Снежана взяла тетрадку? Может, это кто-то другой. Или может, дело вообще не в этом.

— Меня бабушка сегодня заперла. Она никогда так не делала. Сказала сидеть и не высовываться, а я сбежала. Ой, что я наделала! – Зоя продолжала скулить и тянуть себя за волосы.