Книга Покров, страница 15 – Алёна Моденская

Поднимаясь в автобус, Василиса краем глаза успела всё-таки рассмотреть его лицо, которое он так старательно скрывал. И ей показалось, что он зачем-то нацепил восковую маску. Или силиконовую. Словом, у него как будто была голова магазинного манекена. И находиться с ним рядом не очень-то хотелось.

Василиса так долго рассматривала затылок долговязого в шляпе, и то, как странно он сидел в кресле, будто в кабине какого-нибудь шикарного авто, закинув ногу на ногу, что не сразу обратила внимание на других пассажиров. Впереди, с другой стороны, сидела бабулька в малиновом берете и шалью «в комплект». Мелькнула мысль, что ей бы с бабой Раей на крестный ход пойти. Кажется, эта старушка, нисколько не обращая внимания на тряску, вязала что-то спицами.

И тут Василиса встретилась взглядом с парнем, что сидел чуть впереди. Он оглянулся и смотрел на Василису удивлённо, даже ошарашено, как будто ну никак не ожидал её увидеть. Темноволосый, симпатичный, лет на десять старше самой Василисы. Но точно не знакомый. Пропялившись с минуту, он легонько толкнул локтем свою спутницу – худенькую миниатюрную блондинку с косичкой. Парень взглядом указывал ей на Василису, как на диковинного зверя в зоопарке, но девица только раздражённо дёрнула головой. Ещё раз бросив взгляд назад, он всё-таки отвернулся.

Василиса смотрела на мелькавшие за окном облетевшие деревья. Где свечки-то взять? В совхозе только одна церковь, да и та разрушенная. У отца Павла? А с чего он ей их даст? Разве купить?

Автобус остановился, и парочка прошла к выходу. Девчонка всё-таки бросила взгляд на Василису. Тоже незнакомая – вся белая, только глаза чёрные. А парень так и таращился, как на привидение. Но они просто молча вышли и потопали по тропинке, уходящей в лес.

Внезапно Василиса вспомнила, что надо бы заплатить за проезд. Кондуктора почему-то не видно, так что пришлось встать и, цепляясь за поручни, ковылять к кабине водителя. Автобус тем временем уже гнал на огромной скорости, леса за окном слились в одну сплошную бурую полосу. Пол под ногами дрожал, поручни ходили ходуном. Кое-как, раскачиваясь и спотыкаясь, Василиса добралась до кабины, заглянула через потрескавшуюся перегородку и остолбенела.

Водителя не было. Собственно, и кабины почти не было – лобовое стекло разлетелось, от него осталась лишь половина, торчавшая осколками. Смятое кресло вдавлено в пол, водительская дверь отсутствовала. От руля и панели даже следа не осталось – полотно дороги неслось навстречу и исчезало под искорёженным креслом.

Язык прилип к нёбу, Василиса с трудом развернулась к салону. И её мигом впечатало в стенку за разбитой кабиной. Из-под вишнёвой шляпы на неё пустыми чёрными глазницами смотрел человеческий череп. Скелет приподнял голову и будто улыбнулся, тонким пальцем в перчатке коснувшись полей шляпы. Лицо бабульки было скрыто кружевной вуалью, но она преспокойно вязала себе на спицах, вытягивая алую ниточку из ридикюля, лежащего на коленях.

С огромным усилием оттолкнувшись от стенки, Василиса одеревеневшей рукой всё-таки смогла кое-как ударить по перегородке. «ЛиАз» замедлил ход и остановился, открыв переднюю дверь. Василиса кувырком вывалилась на обочину и поползла прочь от дороги. За её спиной двери захлопнулись и «сумасшедший» автобус покатил дальше.