Книга Страшная неделя, страница 5 – Алёна Моденская

Новый начальник полиции обернулся. Между стенами, разделяющими участки таунхаусов, виднелась часть дороги, и по ней как раз топал парень. Шёл он будто пьяный – шаги мягкие, неровные. И выглядел чудно́ – вроде в приличном костюме, при пиджаке и галстуке. Только всё это висело на нём, как будто ему этот костюм мама на выпускной купила в последний момент и без примерки. А на самом вечере парнишка напился вдрызг и случайно укатил в другой город.

Теперь вот шарахается, глядя расфокусированными глазами по сторонам, и не может понять, кто он, где и как сюда попал.

— Это кто? – почти шёпотом спросил Новиков.

— Понятия не имею, – так же тихо ответил Артём. – Точно не местный, я тут всех знаю.

— Здравствуйте, – уже громче сказал Новиков, направляясь к парню. Тот не отреагировал – стоял, чуть не опрокидываясь назад и таращился в никуда. Даже головы не повернул. – Вам помочь?

Парень наконец вроде заметил Новикова. Даже повернулся в его сторону, но как-то только верхней частью туловища. С трудом сконцентрировал мутный взгляд, даже вроде попытался что-то сказать. Дёрнул рукой.

Но в этот момент за спиной Новикова где-то в доме громко хлопнула дверь. Участковый подскочил и обернулся. Антон, всё это время смотревший на странного прохожего, тоже глянул на дом.

— Ладно, потом, – пробормотал Новиков и снова посмотрел на дорогу. Там уже никого не было, парень в чудно́м костюме исчез. – Куда он подевался?

— А? – Антон подошёл и встал рядом.

Новиков вышел на дорогу. Посмотрел в обе стороны и никого не увидел. Перешёл через обе полосы и окинул взглядом обочину и канаву – ничего и никого. За дорогой росли кустарники, сейчас покрытые весенними почками, дальше простирался лесок. Если бы парень направился туда, то явно застрял бы в ветках.

Новиков вернулся и осмотрел два соседних дворика таунхаусов. Пусто. Прохожий будто растворился.

— И что бы это значило? – спросил Новиков, почёсывая затылок. Случайно попал по шишке на ушибленной макушке, она отозвалась болью. Новиков охнул. И вспомнил, что он тут не один.

Антон всё это время стоял у машины Новикова. Увидев, что на него смотрят, подобрался, шмыгнул и завёл старую песню:

— Домового надо прикармливать краюшкой каравая. И молочком.

— Осталось испечь каравай, – сухо отозвался Новиков.

— У нас в магазине продают, – с энтузиазмом вскинулся Антон. – Своя пекарня. И молоко есть. Козье, овечье, даже конское, тут же конезавод рядом.

Антон почему-то упорно избегал прямого взгляда в глаза. Всё отворачивался, из-за чего в стёклах его очков постоянно мелькали блики.

— Значит, можно на ты? – Новиков попытался придать голосу дружелюбия.

— А? Да, конечно. Ну, до завтра?

— До завтра. – Новиков пожал протянутую Антоном руку, и тот засеменил по дороге прочь от таунхауса.

Новиков долго смотрел на удаляющуюся фигуру, пока Антон не скрылся за поворотом. Дворы таунхаусов пустовали. Вечер тёплый, пахнет весной – талым снегом, влажной землёй и липкой корой деревьев, уже запустивших сокодвижение. Солнечно, хотя уже вечереет – лесок напротив посёлка таунхаусов потемнел, и теперь верхние ветви деревьев почти неразличимы на фоне синеющего неба.

И ни одного человека на улице. Ни одного ребёнка, а ведь таунхаусы – жильё для семейных. И тишина. Только ветер слабо шумит в ветвях.