Книга Ойме, страница 25 – Алёна Моденская

— Это у тебя арбузные корки там? — указала соседка на пакет. — Сбрось их вон туда, в компостную яму.

Лёка зашла за забор и вывалила корки в спрятанную между кустами яму, огороженную досками и прикрытую деревянной крышкой.

— Перегниют, — довольно сказала тётя Тамара, присыпая корки землёй.

Где-то что-то грохнуло, раздался звон стекла. Лёка от неожиданности чуть не подпрыгнула.

— Это на третьем этаже квартиру продали, — пробубнила тётя Тамара. — Противная парочка въедет. Ремонт, вишь, начали.

Тётя Тамара вышла на тротуар и, уперев руки в бока, смотрела, как на третьем этаже мужчина в серой спецовке выламывал деревянные рамы.

— Только скинь чего на мои розы, ноги тебе повыдёргиваю, — процедила тётя Тамара. И тут же раздался громкий треск, и вниз полетели доски вперемешку с камнями и осколками стекла. Кошки, гревшиеся на солнце, бросились врассыпную. Один маленький котёнок заметался, потом помчался в сторону Лёки, крутанулся и неожиданно оказался у неё на плече.

— Эй! Слезай! — Лёка вертелась на месте, но животинку скинуть не могла. Тётя Тамара тем временем вернулась в палисадник и, встав среди цветущих клумб, громогласно сыпала проклятиями на ремонтников. Лёка попыталась отцепить котёнка, приподняв его за мягкий животик, но он от испуга только сильнее запустил в её куртку коготки. — Тёть Тамар, помогите, а?

Лёка подошла к соседке, указывая на плечо.

— А всё, — расплылась в золотозубой улыбке тётя Тамара. — Теперь это твоя кошка. Воспитывай. — И она отвернулась к окнам, из которых выглядывали мужские головы в кепках.

Кто-то не особенно сообразительный, зато чрезвычайно смелый, грубо послал тётю Тамару в известном направлении. Зря. Она вдохнула поглубже и, горлопаня на всю улицу, а то и не одну, обложила ремонтников таким матом, что у Лёки уши заложило. Если всё сказанное сбудется, а в этом можно не сомневаться, то у ремонтников вполне могут скоро отвалиться не только руки, но и всё, что ниже пояса.

Чтобы не оглохнуть и не маяться от сюрреалистических видений, Лёка вернулась домой. В квартире встала у зеркала. На её плече так и сидел тёмно-серый котёнок, испуганно таращась по сторонам зелёными глазками.

— Слезать-то будешь, или как? — строго спросила Лёка. Котёнок только уставился на её отражение в зеркале. — Висит груша, нельзя скушать. Если останешься, будешь Грушей.

У Лёки зазвонил телефон. Видимо, котёнок немного пришёл в себя, потому что от звонка мигом соскочил на пол и умчался куда-то в комнату.

Сделай загадочное лицо

Кое-как придерживая телефон ухом, Лёка ползала на четвереньках по полу, заглядывая под кровать, диваны и шкафы.

— У тебя там всё нормально? — подозрительно спросила мама.

— Да. Только это, мам, такое дело… — Лёка выпрямилась, села на колени и сдула прядь волос со лба. — У нас тут соседи ремонт затеяли, да мусор кидают где попало.

— Вот гады.

— Точно. Но так получилось, что из-за них к нам котёнок забежал. Испугался.

— И что?

— Можно я его оставлю? — выдохнула Лёка. Вообще-то ей самой не очень-то хотелось следить за кошкой, да животинку жалко.

— Ну не знаю, — с сомнением проговорила мама. — Загадит ещё всё, да мебель драть будет.

— Я буду следить, — пообещала Лёка, совершенно ясно понимая, что не справится.

— Ну, смотри. Всё, что твоя кошатина испортит, возместишь из своих. Ясно?