Книга Успенский мост, страница 15 – Алёна Моденская

Хотя во всём есть свои плюсы, например, усиленная опека, которой окружали Киру мама и старшая сестра Аня, позволила Лике сформироваться самостоятельным волевым человеком. Пока они вытанцовывали вокруг средней сестры, у младшей сложилось собственное мнение и ни от кого не зависящая активная жизненная позиция. Полностью самодостаточный человек получился.

Ну вот и настроение улучшилось.

По потолку скользнул резкий холодный отсвет. Унимая дрожь в пальцах, Лика осторожно подошла к окну и, вытянув шею, выглянула во двор. У подъезда стояла чёрная машина. Рядом разговаривали двое. У одного голова как будто прямоугольная, второй – длинный и тощий. Шляпа-цилиндр и долговязый с тростью.

Раздался звонок – кто-то, не переставая, давил на кнопку. Тётя Маша поднялась и, недовольно ворча, пошаркала в прихожую. Чтобы руки не тряслись, Лика вцепилась в спинку стула.

Быстрые шаги пересекли квартиру, в глаза ударил яркий свет.

— Ну что, допрыгалась?! – Пульхерия Панкратовна, мама сестёр Кашиных, влетела в комнату, даже не потрудившись снять обувь. Из-за её спины выглядывала печально улыбающаяся Аня.

— В смысле?

— Кто тебя за язык тянул, а?

— Да о чём речь-то?

— О вашем митинге, – подала голос Аня. Судя по тому, как она тёрла глаза, выспаться ей не дали.

— Каком ещё…

— Хватит! – Возглас Пульхерии Панкратовны прозвучал чересчур резко. – Это же ты сказала этому индюку про петлю?

— С чего ты…

— Я сказала – хватит! – Начальственный тон матери всегда вызывал у Лики волну протеста, но теперь ей почему-то не хотелось дерзить.

— Как ты узнала?

Пульхерия Панкратовна закатила глаза и недовольно махнула рукой. Даже сейчас, посреди ночи выглядела она с иголочки – идеально сидящий офисный костюм, макияж, укладка, маникюр. Значит, прямо с работы. И Аня успела за полдня из Москвы аж до Добромыслова добраться. Неспроста. Ноги сами собой подогнулись, Лика села на стул, хлопая глазами и беззвучно открыв рот.

— Сегодня вечером этого… предпринимателя нашли болтающимся в петле, – уставшим тоном ответила Аня на незаданный вопрос сестры. – Записку оставил. «Простите». На компьютере напечатал.

— И причём здесь я? – Голос сорвался на сухой хрип.

— Своим-то умом не дойдёшь? Объяснять нужно? – Пульхерия Панкратовна упёрла руки в бока.

— Да он намного выше меня и раз в тридцать тяжелее…

— А твои дружки? Мы-то знаем, что они всего лишь юные балбесы, к тому же травоядные, но как это людям объяснить? И потом – ночью в его машину кто-то вогнал топор. И по странному совпадению ты оказалась рядом. Обязательно было в окно пялиться?

— Во-первых, мы не балбесы! – Взвившийся внутри протест вернул Лике самообладание.

— В общем, тебя никто ни в чём не обвиняет, – встряла Аня, – но надо бы тебе пока уехать. Просто на всякий случай.

Кажется, такое предложение сегодня уже звучало.

— Куда?

— Собирайся, – приказала Пульхерия Панкратовна.

Лика наскоро оделась, подхватила уже собранный рюкзак и вслед за мамой и сестрой поплелась вниз.

Лика забралась на заднее сиденье чёрного старомодного автомобиля. Водитель, не сказав ни слова, завёл мотор и мягко выехал из двора.

Мимо проплывали тёмные дома, разноцветные вывески магазинов, тусклые фонари и редкие машины, но внимание ни на чём не задерживалось. Надо же, какие совпадения случаются. На встрече жителей с городской администрацией Лика попросту не признала в ушлом владельце парфюмерного производства хамоватого соседа, хозяина той самой иномарки, которую разбил топором долговязый в шляпе.