Книга Крёстные матери. Женщины Коза ностры, Каморры, Ндрангеты, страница 44 – Алекс Перри, Фелия Аллум

Но Карло никогда не выпускал Лею из виду. Когда офицеры, расследовавшие исчезновение Леи, разыскали Сальваторе Кортезе (Salvatore Cortese), убийцу из Ндрангеты, который делил камеру с Карло в Катандзаро с 2001 по 2003 год и с тех пор стал пентити, Кортезе рассказал им, что Карло никогда не прощал Лею. Карло, сказал он, постоянно говорил о том, как Лея предала его и предала Ндрангету. Карло особенно бесило, что она все еще останавливалась у своей семьи в Пальярелле и ходила по деревне одна и у всех на виду. Она выставляла напоказ свою свободу, говорил Карло. Он знал о ее романе в Бергамо и подозревал, раз Лея никогда не приезжала его навестить, что другие заключенные в Катандзаро догадались о том же. Хуже всего было то, что ее брат Флориано ничего не предпринимал по этому поводу. Карло был обижен и снова обижен. Это было невыносимо. «И, – сказал Кортезе, – согласно правилам Ндрангеты, молчание Флориано позволяло Карло обратиться к другим людям чести за разрешением убить Лею».

Тем не менее убить сестру босса было непростым делом. Карло сказал Кортезе, что Лею нужно убрать таким образом, чтобы Флориано поверил, что она сбежала со своим новым любовником. «План физически устранить Лею Гаролафо и избавиться от ее тела, растворив его в кислоте, вынашивался в голове Карло как минимум с начала 2000-х», – сказал Кортезе. Откуда Кортезе это знал, спросили карабинеры? Потому что, ответил Кортезе, он был среди тех, кого Карло просил ему помочь.

Карло знал, что может обмануть Флориано, но не всю Ндрангету. Чтобы осуществить такое дерзкое убийство, ему потребуется одобрение сверху. Подойдя к двум боссам в тюремном дворе, он объяснил, как его честь и честь всей Ндрангеты были настолько опорочены, что восстановить их можно, только омыв кровью. Два босса знали, что Карло прав. Но у них были свои клановые распри. Рассчитав, что вендетта Карло все равно должна ждать его освобождения из тюрьмы, они затягивали.

Карло все еще надеялся, что Флориано выберет долг перед любовью к сестре. То, что его братья подожгли машину Леи в Бергамо в 2000 году, было для Карло способом напомнить Флориано о его обязательствах. Это возымело некоторый эффект. Одним летним днем два года спустя, когда Лея и Дениз были снова в Пальярелле, Лея пошла Дениз купить мороженое в магазинчике на главной площади. Подъехал на машине Вито Коско. Он был взволнован. Он сказал Лее, что устал возить Дениз к Карло. Карло тоже это надоело. Это неправильно, сказал Вито. Лея должна встать в строй.

Лея отказалась. Когда спор накалился, появился Флориано, к тому времени вышедший из тюрьмы и вернувшийся в Пальярелле. Вито прав, кричал Флориано на Лею. Что это за женщина, которая позволяет своему мужу гнить в тюрьме в одиночестве? Что она за сестра для него, Флориано, босса ндрины? Затем, посреди площади, Флориано схватил Лею за плечи и ударил ее по лицу на глазах у всех. Он наклонился над сестрой, глядя так, будто собирался ударить снова. Однако, делая это, он прошептал ей на ухо: «Лея! Ты должна сбежать! Потому что на самом деле я должен тебя убить!»

Дважды Лея убегала от Ндрангеты. Дважды она затягивала ее обратно. За выбор свободы вместо убийственной преступности ее муж хотел ее смерти, Ндрангета требовала этого, а ее брат сказал ей, что он будет тем, кто это сделает. Лея чувствовала, что мир смыкается вокруг нее. 29 июля 2002 года, через несколько дней после ссоры с Вито и Флориано, дверь дома бабушки Лея подожгли, когда Лея и Дениз были внутри. Это было особенно грубое послание Ндрангеты. Выхода не было.