Онлайн книга «Последний шторм войны»
|
Машина остановилась, и из нее вывалился водитель. Он тащил за собой автомат, но не мог подняться. Одна штанина и плечо у него были в крови. Раненый, на открытом месте, он был сейчас хорошей мишенью для врага. Парень выполнил свой долг честно, он подставился под пули, чтобы его товарищи могли рассредоточенно покинуть машину и ворваться в здание. Но пули настигли его самого. Автоматчики уже скрылись в здании, запрыгивая в окна, забегая в дверь, прикрывая друг друга, действуя парами. Лейтенант, не спуская глаз с окон, подбежал к раненому, подхватил его под здоровую руку и потащил к стене. — Держись, Петро, держись! — шептал лейтенант. — Ты сделал как надо. Потерпи! — Я сам, командир, — простонал боец. — Там ребята… — Ладно тебе… сам, — усмехнулся лейтенант. — Ребята без нас справятся. Орлы! Давай я тебе плечо перевяжу, а уж ногу ты сам. Сознание не потеряешь? — Не впервой, — прохрипел боец. — Я живучий, как таракан запечный. Ты меня хоть тапкой, хоть веником… Буторин, забежав в здание маяка, бросил взгляд на диверсанта, лежавшего перед ним. Этот труп — сразу оценил оперативник и отпрыгнул к стене. Сверху в него дал очередь из автомата какой-то человек и сразу отпрянул к стене за лестницу. Ах ты поганец! Буторин сменил в автомате магазин и побежал по лестнице вверх. Его шаги отдавались грохотом в стенах башни, скрипели разбитые ступени, металл каркаса. Два шага и взгляд вверх, два шага и взгляд. И вот снова лицо и ствол автомата. Буторин отпрянул в другую сторону и сразу дал ответную очередь. Кто-то там наверху вскрикнул, и по ступеням с грохотом покатился немецкий автомат. «Вот так вот стрелять надо», — со злостью подумал Буторин и побежал выше. Он бежал и прислушивался. Снаружи вдруг прекратилась стрельба. Неужели все? Так мало диверсантов охраняло башню? Но главное, что охраняли — значит, есть что охранять. Уже на самом верху Буторин догнал человека, который, оставляя за собой кровавой след на ступенях, пытался подняться еще выше. Он шел, падал, снова вставал и держал правой рукой окровавленную кисть левой. Оперативник рявкнул ему «стоять», и мужчина споткнулся, упал, попытался приподняться на ступенях и отполз к стене, глядя со страхом и болью на человека в гражданской одежде и с автоматом. — Полозов? — Буторин опешил, потом, зло кривя рот, подошел и сплюнул под ноги. — Ах ты сволочь! Партизанил, говоришь, герой, Родину защищал? — Нет, не стреляйте, я все расскажу, не убивайте… — простонал мужчина, вжимаясь спиной в стену и держа перед собой простреленную руку, которая тряслась мелкой дрожью. — Куда же ты денешься, курва! — зарычал Буторин. — Я же тебе сейчас все пальцы отстрелю, вместе с твоими причиндалами, чтобы ты уже никогда не мог плодить предателей Родины! Где пульт управления? — Там, наверху, — попытался указать рукой Полозов, но у него ничего не получилось. Его трясло как в лихорадке. Буторин замахнулся на него автоматом, а потом поднялся повыше и высунулся в окно башни. Внизу солдаты стаскивали в центр двора убитых. Трупов было четыре, и все в гражданской одежде. Вторая машина тоже заехала во двор, и Жорик стал помогать усаживать в нее раненого автоматчика. — Лейтенант! — закричал Буторин. — Возьми бойца и поднимайся ко мне наверх! Через пару минут раненого Полозова затащили на самый верх башни. Он указал на большой старый чемодан с аппаратурой. Рядом лежала объемистая папка с бумагами. |