Книга Комната кошмаров, страница 114 – Артур Конан Дойль

— Великолепно! – воскликнул он. – Потрясающе!

— Будем называть буквы? – спросил Мойр.

— Ну что вы, зачем, есть несравненно более тонкие приемы, – возразил наш гость. – Вертеть стол, перебирая все буквы алфавита, нет, это слишком примитивно; с таким медиумом, как мадам, нам доступны более изощренные методы.

— Да, они вам доступны, – подтвердил чей-то голос.

— Кто это? Кто произнес эти слова? Вы, Маркем?

— Нет, я молчал.

— Эти слова произнесла мадам.

— Но голос был не ее.

— Это вы сказали, миссис Деламир?

— Говорит не медиум, а дух, который использует органы речи медиума, – произнес все тот же странный глубокий голос.

— А где же миссис Деламир? Надеюсь, то, что сейчас происходит, не причинит ей вреда?

— Медиум находится в другом измерении бытия, и ей там очень хорошо. Она заняла мое место в том измерении, а я – ее в этом.

— Но кто вы?

— Кто я – вам совершенно не важно. Я – существо, которое жило когда-то земной жизнью, как сейчас живете вы, а потом умерло, как и вы в свой час умрете.

К соседнему дому подъехала коляска, мы слышали, как скрипят и шуршат по мостовой колеса. Извозчик заспорил с пассажиром, что тот мало ему заплатил, потом долго и хрипло ворчал на всю улицу. Зеленовато-желтое облачко по-прежнему реяло над столом, тусклое по краям, но наливающееся мрачным свечением ближе к медиуму. Оно словно бы устремлялось к спящей женщине. В сердце мне стал вползать холодный страх. Я подумал, что мы бездумно и легкомысленно приблизились к величайшему из таинств, к разгадке бытия, которая должна внушать благоговейный трепет, – к тому самому общению с мертвыми, о котором рассказывали Отцы Церкви.

— Вам не кажется, что мы зашли слишком далеко? По-моему, нам следует прервать сеанс! – не скрывая волнения сказал я.

Но все остальные непременно хотели довести его до конца. Они лишь посмеялись над моими сомнениями.

— Все виды энергии существуют для того, чтобы их использовали, – заявил Гарви Дикон. – Если мы можем что-то сделать, значит, мы просто не имеем права упустить возможность. Любое открытие, опровергающее общепризнанные догмы, сначала всегда провозглашалось ересью. И мы не нарушаем никаких законов, пытаясь понять, что такое смерть. Это наше право и наш долг.

— Это ваше право и ваш долг, – повторил голос.

— Ну вот, какое еще подтверждение вам нужно? – вскричал Мойр; он был чрезвычайно возбужден. – Давайте испытаем дух. Ты согласишься подвергнуться испытанию и доказать, что действительно существуешь?

— В чем состоит испытание?

— Сейчас придумаю… ну вот, у меня в кармане несколько монет. Можешь нам сказать, что это за монеты?

— Мы возвращаемся в этот мир не для того, чтобы отгадывать детские загадки, мы надеемся просветить и возвысить людские души.

— Ха-ха-ха, мистер Мойр, здорово вас отчитали, – воскликнул француз. – Но поверьте, Обладающий Высшими Знаниями говорит очень разумные вещи.

— Это не игра, это так же свято, как религия, – изрек суровый жесткий голос.

— Да, да, конечно, я и сам так считаю, – залепетал Мойр. – Умоляю вас, простите мне этот дурацкий вопрос. Мне бы очень хотелось знать, кто вы.

— Разве это имеет значение?

— Вы давно стали духом?

— Да.

— А сколько лет?

— У нас иная мера времени. И вообще это совсем другой мир.

— Вы счастливы?

— Да.