Книга Босиком по 90-м, страница 66 – Иван Любенко

— Послушайте, неужели так везде в России?

— Почти. По крайней мере, «КААК «ГЕН», «Кавминводыавиа» и «Авиационные линии Кубани» живут по такому же принципу.

— Какое странное название это «КААК «ГЕН», не находите?

— Да уж, совсем неблагозвучное.

— А у них много заграничных рейсов?

— Достаточно. Чартеры в Ереван, Стамбул, Трабзон, Алеппо, Бургас, и Закинтос.

— О! Даже на Ионические острова добрались! – Он задумался и вымолвил: – Подозреваю, что у Краснодара и Минеральных Вод зарубежная карта полётов ещё шире.

— Безусловно.

— Так это же золотая жила!

— Простите, я вас не совсем понял.

Он поднялся с кресла и заходил по комнате, дымя сигарой.

— Вы уже открыли офшор?

— Ещё нет. Фирма будет готова через два дня.

— Смотрите: я, как директор кипрского филиала «British Petroleum» заключаю с вашей офшорной компанией агентское соглашение, по которому офшор получает комиссионные за каждую привлечённую со стороны тонну керосина. Место заключения соглашения укажем, допустим, Красноленинск, поскольку, согласно нашему законодательству, офшор не имеет права осуществлять коммерческие операции на территории Кипра. Здесь может находиться только его офис, а значит, и должны уплачиваться налоги. Вы, надеюсь, знаете, как можно платить меньше четырёх процентов?

— Завысить затраты?

— Да, но не очень сильно. Обычно, все оставляют два с половиной, а самые скупые – два процента налогов на прибыль. Итак, аффилированная с вами офшорная компания принимает вас на работу простым сотрудником и выдаёт доверенность на право заключения договоров по агентскому соглашению с «British Petroleum». Для этого вы убеждаете директора авиакомпании, что заправлять керосин должна она, а не заказчики, то есть деньги-то они всё равно заплатят, но по фиксированной цене. Потом, предъявив, например, директору «Кавминводыавиа» агентское соглашение и доверенность, показываете вот эту таблицу, – он взял со стола лист бумаги и протянул мне. – Видите? Чем больше керосина авиакомпания заправляет у нас, тем меньше стоимость одной тонны. Причём это правило распространяется на все аэропорты мира, где есть «British Petroleum». Зато у вашей офшорной фирмы свои железные три процента со стоимости каждой тонны! Представляете? Деньги автоматически перечислятся на ваш счёт. Вот вам беспроигрышный бизнес! Если хотите, мы можем учитывать ваши проценты в керосине, и заправка на Кипре для вас будет вообще бесплатной.

— Нет, лучше в кипрских фунтах. Ту-154М экономичная машина и вполне достаточно заправляться у нас. К тому же, топливо в Красноленинске дешевле, в особенности, если его покупать у военных.

— Это уж вам решать. Так что? По рукам?

— По рукам!

— А может, в ресторан? Знаю тут одну таверну, где подают мозги молодого барашка. Угощаю.

— Едем! – ответил за меня Вячик.

Еда и вино были прекрасны. Не менее интересно прошли и остальные дни моей командировки. Компания «Loel» согласилась отпускать вино в тетропакетах со значительной скидкой, при условии, что закупки будут расти. А ещё нас познакомили с фермером, выращивавшим лимоны и апельсины. Урожай цитрусовых в этот год превысил все ожидания, и, обеспокоенный проблемой реализации фруктов, крестьянин согласился поставить нам три тонны лимонов с отсрочкой платежа на два месяца. Так что якутяне, распробовавшие армянский коньяк, уже весной смогут закусывать его кипрскими лимонами. К первому кипрскому рейсу всё было готово. Аэропорт Ларнаки дал «добро» чартерам «Транзит-Эйр», запланированным на первые числа мая.