Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 117 – Елена Логунова

— Я бы предпочел получить камень.

— Никаких камней у меня нет, – огрызнулась я. – Даже за пазухой!

— Точно, за пазухой у тебя его нет, я проверял, – невесело усмехнулся Ольденбургский.

— В каком смысле? – напряглась я. – Ах ты негодяй! Так это ты раздел меня, когда я в беспамятстве лежала на лестнице?! Да уж не ты ли и по голове меня стукнул?!

— Конечно, нет! – обиделся Павел. – За кого ты меня принимаешь? Я никогда не бью женщин! И не раздеваю их, если они сами того не хотят!

— Очень благородно, – ехидно заметила я. – Однако ты не против обшарить женщину, если ее ударил и раздел кто-то другой, не так ли?

— Да не трогал я тебя! Я просто видел, что камня у тебя нет!

— Минуточку! – Тяпа потребовала моего внимания. – Дорогая, а ты не хочешь выяснить, о каком камне идет речь?

Я испытующе посмотрела на Ольденбургского. Он выглядел удрученным, а я по опыту знаю, что мужчины в приступе уныния имеют непреодолимую склонность исповедоваться добросердечным и чутким женщинам. Я плотно прикрыла дверь – запереть ее не позволял сломанный замок, – села на пол рядом с принцем и с ласковыми интонациями Лисицы из сказки «Колобок» позвала:

— Пашенька, а, Пашенька! Расскажи мне про камень!

У меня уже было предчувствие, что камень имеется в виду не точильный, не почечный и даже не краеугольный. Так оно и оказалось.

Прозаичным словом «камень» назывался уникальный крупный топаз, принадлежавший покойному супругу моей дорогой подруги! Оказывается, Райкин благоверный старикан незадолго до своей совершенно не безвременной кончины нашел на этот камушек покупателя, но совершить выгодную сделку не успел. А предприимчивая вдовица Лебзон, значит, решила довести дело до конца и самолично привезла топаз из Израиля в Россию. Там (то есть тут) ее ждал покупатель – Павел свет Петрович Ольденбургский со своими (то есть американскими) долларами. На курорте они договорились встретиться потому, что так было удобно обоим: Райка хотела совместить приятное с полезным, то есть отдых с делом, а Павел должен был принять участие в театрализованной постановке по мотивам исторического сражения и несколько дней подряд исправно ходил на репетиции исторического спектакля. Причем сразу в костюме, потому что переодеваться в лесу было некогда и негде. В эсэсовцы Павла, кстати, определили не по собственной воле, а волюнтаристским решением Голипольского, который счел Пашин типаж наиболее арийским, к тому же Ольденбургский знал немецкий.

— Я активист клуба «Живая память», – гордо сказал он мне. – И вообще очень интересуюсь историей. Строю свое родословное древо!

Про деревья мне было не интересно, мое воображение занимал камень. Я не знала, что топаз размером с фасолину может стоить такую кучу денег, но Павел объяснил, что этот камень – нечто совершенно необыкновенное. Редкого желтого цвета, каплевидной формы и фантазийной огранки, он даже имеет собственное имя – «Золотая рыбка»!

Ах, как много прояснило это сказочное словосочетание! Сразу стало понятно, что загадочный Невидимка, требуя сообщить ему местонахождение Золотой рыбки, искал вовсе не мою подругу. Он охотился за топазом!

— Так вот почему этот гад растерзал чудесное мексиканское пончо! – осенило Тяпу. – Жадного придурка сбили с толку разноцветные камешки на воротнике!