Книга Конкурс киллеров. Красота спасет мымр, страница 294 – Елена Логунова

— А она бронированная, ломиться придется с применением стенобитных орудий! – напомнила я, жмурясь от удовольствия при мысли о том, какой тарарам начнется сейчас под дверью сорок восьмой квартиры!

Однако получилось даже лучше, чем я мечтала!

— Внимание на окна девятого этажа! – громко и напряженно произнес Вадик, не отрывающийся от видоискателя. – Там появились какие-то люди в черном!

— Не иначе, спецназ! – Ирка истерически захохотала. – Ой, мама, я умру от смеха! Глядите, глядите!

Хорошенько разглядеть происходящее на другой стороне улицы невооруженным глазом было трудно, поэтому я воспользовалась минутной слабостью икающей от смеха подружки и выхватила у нее бинокль. Поводила оптическим прибором, отыскивая девятый этаж, покрутила окуляры и близко-близко увидела чьи-то блестящие глаза в прорези черной шапочки. Повела биноклем чуть в сторону – и увидела руку в перчатке и свернутую кольцом капроновую веревку.

— Ромка, звони снова! – возбужденно скомандовала я. – Живо, надо их подтолкнуть к штурму!

С этими словами я передала бинокль Ирке, подскочила к ближайшему гипробумовскому телефону и набрала номер собственного сотового. Вызов пошел, я с трудом удержалась от того, чтобы не начать грызть ногти.

— А что сказать-то? – Чашкин с мобильника сантехнического происхождения вновь набрал короткий номер милиции.

— Скажи, что твое терпение закончилось и ты переходишь к решительным действиям!

— Чистая правда, между прочим! – пробормотал Ромашка и сразу же, без всякого перехода захрипел, как висельник: – Все, волчары, амба! Денег нет – кончаю девку!

Тут наконец тихоходный институтский телефон соединился с моим мобильным, и из кармана моего белого халата загремела автоматная очередь! В гипробумовских недрах снова что-то шумно упало – должно быть, аборигены начали сооружать баррикады!

Смышленный Чашкин живо приложил свой мобильник к моему карману, в результате чего в милиции должно было загрохотать так, что весь личный состав просто обязан был в момент мобилизоваться и встать под ружье.

— Полетели, ласточки!!! – в бешеном восторге выкрикнула Ирка, и свободной от оптического прибора рукой так застучала по подоконнику, что на пол градом посыпались горшки с цветами.

Я не сразу сообразила, что ласточками подружка назвала людей в черном.

— Штурмуют? – с надеждой спросил Чашкин, вытягивая шею в тщетной попытке заглянуть в видоискатель камеры через плечо Вадика.

— Ой, мама! Ой, мамочка! – застонал оператор, донельзя впечатленный происходящим в квартире напротив. – Ой, это же бо… больно! Ну, бедолага парень, уж попал так попал!

— Ты попал на ТиВи! Ты звезда! – заплясал на осколках разбитых цветочных горшков зловредный Чашкин. – Ну, что, Димульке уже все отбили?

— Д-да, кина не будет! Во всяком случае, порнографического! – ответила Ирка, опуская бинокль, чтобы смахнуть набежавшую слезу.

Не думаю, что она расстроилась из-за того, как неласково обошлись штурмовики с обнаженной натурой Джулькиного дружка. Мне показалось, что подружка просто досмеялась до слез.

— Это, конечно, жестоко, но справедливо! – резюмировала я.

— Точно! – поддержал меня откровенно ликующий Чашкин. – А как там Джульетта?

— Джульетта в порядке, – ответил Вадик. – Ее галантно завернули в одеяло и увели на кухню.