Книга Конкурс киллеров. Красота спасет мымр, страница 211 – Елена Логунова

— Шевелится, – значит, не сломана. Но болит! Синяк, наверное, будет огромный и опухоль, – вздыхая, я поднялась на ноги.

— Сиди! – прикрикнула на меня подруга. – Компьютер твой разнесчастный я сама вырублю.

Кряхтя, она протиснулась в загроможденную вещами и мебелью комнату, через полминуты вылезла обратно, потушила всюду свет, закрыла все закрывающееся, подставила мне свое крепкое плечо, вывела во двор и заботливо усадила в машину.

— На сегодня приключений хватит, – тоном, не допускающим возражений, сказала Ирка. – Не оглядывайся на свой дом, я больше не поверну обратно, даже если он будет гореть синим пламенем!

Но я все-таки оглянулась. Дом не горел, мои окна в нем – тоже, а на темную тень, скользнувшую за угол, я не обратила внимания.

И зря!

— Сынок, – сказал Дональд таким нестерпимо-покровительственным тоном, что Степе послышалось «сосунок». – Что значит – она не хочет продавать квартиру? Мы хотим ее купить, и этого достаточно! Есть тысяча один относительно честный способ заставить человека сделать то, что нам нужно.

— Угрозы, шантаж, мордобой, что еще? – ехидно спросил немного обиженный Степа, демонстративно загибая пальцы.

— В нашем случае – игра на понижение, – авторитетно сказал Дональд, перебрасывая сигарету из одного угла рта в другой.

Рот у него был длинный, большегубый, похожий на утиный клюв, что сыграло не последнюю роль в стародавние дошкольные времена, когда дворовые друзья-приятели одаривали друг друга прозвищами. Дима Крякин был обречен на кличку «Кряква», но проявил хитроумие и сам предложил альтернативу – «Уткинсон», причем аргументировал замену своим фамильным сходством с диснеевскими мультипликационными утками. Дворовая братва посмотрела мультик, внесла коррективы и окрестила Диму Утенком Дональдом, что впоследствии сократилось до собственного имени.

В двадцать пять лет Дима Крякин с удовольствием откликался на Дональда: это звучало оригинально и не без солидности. В фирме, где он работал, прозвище еще сократили, и получилось «Дон» – совсем как у крестного отца мафии!

— Что значит – игра на понижение? Объясни, – терпеливо попросил Степа, понимая, что, раз уж пришел к человеку за советом, нужно терпеть его выпендреж. Авось, покуражится немного, а потом и впрямь подскажет что-нибудь дельное.

Дональд после окончания университета устроился в строительно-инвестиционную компанию на должность маркетолога. Функциональные обязанности этой штатной единицы были загадочны и непонятны даже руководству фирмы. Сам Дон не без оснований подозревал, что его приняли на работу, руководствуясь надеждами на то, что человек с высшим географическим образованием отыщет для компании на глобусе изрядное количество свободных экологических ниш. ООО фирма «Фараон-Инвест» была предприятием новым, амбициозным и денежным. Хозяин бизнеса, Борис Лютиков, известный в определенных кругах как Бобик Лютый, сколотил полукриминальный капитал на игровых клубах и к сорока годам предусмотрительно мигрировал в легальный бизнес.

Дональду казалось, что название «Фараон» инвестиционной компании подходит плохо, так как общеизвестно, что правители Древнего Египта активно инвестировали свои средства в строительство пирамид, а эту геометрическую фигуру в наших широтах сильно скомпрометировали АО «МММ» и разные прочие «хопры». Но спорить с Лютым Бобиком решались немногие, и Дон мудро оставил свое мнение при себе. Он исправно ходил в офис, восемь часов с перерывом на обед делал умное и почтительное лицо, занимался в основном рекламой и держал на видном месте толстенный талмуд со звучным названием «Маркетология в бизнесе».