Книга Конкурс киллеров. Красота спасет мымр, страница 177 – Елена Логунова

— Слушай, ты ведь умеешь вязать! – напряглась подруга. – Может, сама и закончишь?

— Ни-ни! – я замахала руками. – Я умею вязать, но не так! Боюсь испортить твой шедевр, уж лучше ты сама!

— Ничего не понимаю! – честно призналась подруга, однако послушно опустилась в кресло и заработала спицами.

Минут пять я любовалась тем, как она сражается с нитками, а потом решила не терять времени даром и в ожидании завершения работы над произведением вязального искусства закончить собственный шедевр – гимн компании «МетаКар». Я вновь переместилась к компьютеру, открыла в Ворде чистый лист, и следующий час мы с Иркой провели в молчании. Потом я оторвала руки от клавиатуры, потерла их, перечитала все написанное и захохотала, как сытый упырь.

— Ты чего? – Ирка, не ожидавшая этого приступа кладбищенского веселья, испуганно вздрогнула и потеряла петлю.

— Хочешь, песенку спою? – предложила я.

— Колыбельную? – уточнила Ирка, покосившись на темное окно.

— Наоборот! Под эту песню будут не ложиться, а вставать! Это гимн, – гордо поведала я.

— Какой гимн?

— Честно говоря, дурацкий! – призналась я. – Но заказчику он должен понравиться.

— Заказчик у нас, стало быть, дурак? – поинтересовалась Ирка.

— А по совместительству – директор фирмы, производящей мебель на металлокаркасе. Так я пою?

— Давай, – Ирка кивнула, и я завела на мотив незабываемого хита из «Семнадцати мгновений весны»:

— Зашибись! – вставила Ирка.

— Припев еще лучше, – побещала я. – Слушай!

— Вижу, полностью абстрагироваться от порнографии тебе не удалось, – заметила Ирка.

— Не мешай, у меня еще куплет! Вот:

— Там, пам, пам, па-па-па-пам, пам, пам! – я закончила песню и перевела взгляд с текста на подругу.

Ирка плакала.

— Ты так растрогана? – приятно удивилась я.

Подруга всхлипнула и сползла на пол. Присмотревшись, я поняла, что она рыдает от смеха.

— Что тут за вечерний концерт? – открыв дверь, в комнату заглянул помятый спросонья Моржик.

— Не обращай внимания, мы упражняемся в искусствах, – ответила я. – Я сочиняю и пою песни, а Ирка оспаривает лавры вологодских кружевниц и оренбургских вязальщиц.

— Ой! Что это?! – увидев новое рукоделие супруги, Моржик заметно напрягся. Наверное, подумал, что ему придется это носить.

— Сама не знаю, – отсмеявшись, призналась Ирка, протягивая мне законченное вязанье. – Это именно то, что ты хотела?

— Оно самое! – обрадовалась я, хватая полосатую кишку. – Моржик, у тебя в закромах не найдется куска двужильного электрического провода? А ты, Ирка, найди какие-нибудь поролоновые обрезки, ножницы, иголку с ниткой и две большие пуговицы.

Все затребованное заинтригованные хозяева дома приволокли мне буквально через пару минут.

— Этот коврик вам не нужен, я могу его резать? – уточнила я, помахав розовым поролоновым лоскутом.