Книга Клиент Пуаро, страница 115 – Наталья Николаевна Александрова

Но все же куда подевался Ленька? Мобильник его был выключен, и это Лоле очень не нравилось. Он ничего не сказал ей, куда идет. Лола перебрала в памяти все его отлучки и вспомнила вдруг про даму из Эрмитажа, эту самую Валерию. Нет смысла больше прятать голову под крыло, сказала сама себе Лола, несомненно, Ленька отправился к этой швабре. Выполнил свой долг по отношению к ней, Лоле, защитил ее от неоправданных подозрений милиции и с чистой совестью отправился развлекаться.

Лола почувствовала, как руки ее сжимаются в кулаки, и услышала скрип собственных зубов. Нет, это не дело, тут же опомнилась она, так нельзя. С утра было такое чудесное настроение, они помирились с Пу И, Лола не позволит себе распуститься. Чем бы заняться, чтобы поднять жизненный тонус? И тут Лола сообразила: она посмотрит на картину. Спокойно посидит и поглядит на Мадонну, которая вот уже семьсот лет любуется своим младенцем.

Лола вскочила и побежала в комнату Маркиза, там, в укромном месте, он держал картину. Но в этом самом месте ничего не было: Лола перерыла весь шкаф, а также письменный стол. Картины нигде не было. Неужели он ее перепрятал? Но куда?

Кот со шкафа смотрел покровительственно и всепонимающе, и до Лолы наконец тоже дошло.

— Он унес ее, да, Аскольд? – спросила она дрогнувшим голосом. – Он взял ее с собой?

Кот согласно наклонил голову.

Лола терялась в догадках. Если Ленька решил продавать картину, то отчего не поставил ее в известность? Если он ушел на встречу с покупателем, то почему один? Ведь это же не какая-нибудь пустячная вещь, картина может стоить несколько миллионов… То есть, конечно, не здесь, а на международном аукционе, но все же и тут за нее можно получить большие деньги. И Ленька просто взял картину и ушел, нисколько не подстраховавшись! Он совершенно вышел из-под контроля…

И в это самое время раздался звук открываемой двери. Пришел Маркиз – страшно веселый, жутко элегантный и ужасно довольный собой.

— Дорогая! – закричал он с преувеличенным энтузиазмом. – Ты прекрасно выглядишь!

Лола взглянула на его безумно дорогой пиджак и галстук от Гуччи, на шикарные итальянские ботинки и все поняла.

— Где она? – суровым голосом спросила она.

— О ком ты говоришь? – Маркиз сделал свои самые невинные и честные глаза.

— Куда ты ее дел?

Глаза у Лени предательски забегали, он умел врать виртуозно, ведь это было его профессией, но Лола почему-то всегда умела его уличить, она слишком хорошо его знала.

— Куда ты дел картину? – повторила Лола металлическим голосом.

Она сразу же поняла, что в таком виде и в таком настроении Леня отнюдь не расположен заниматься серьезными делами, стало быть, с картиной что-то не то.

— Ах, картину… – протянул Леня, причем в голосе его прозвучало явное облегчение.

И поскольку Лола глядела на него в суровом ожидании, Маркиз набрал в грудь побольше воздуха и начал:

— Дорогая, ты бы присела. Дело в том, что картина… дело в том, что я…

— Ленька! – Лола угрожающе приподнялась с кресла. – Ленька, не зли меня! Куда ты ее дел?

— Я ее подарил! – не слишком уверенно произнес Маркиз.

— Что? – Лола помотала головой, сделав вид, что ослышалась. – Что ты с ней сделал?

— Я ее подарил! – более твердым голосом ответил Леня.

— Ты отдал ее этой искусствоведческой швабре? – вскричала Лола. – Картину стоимостью в несколько миллионов долларов ты отдал вешалке из Эрмитажа? Просто взял и отдал, как коробку конфет?