Книга Закон чебурека, страница 67 – Елена Логунова

В нашей с братом детской по стенам была развешана целая коллекция таких живописных произведений. Трусишка Трошкина из-за них боялась приходить к нам в гости.

— Вот. — Мамуля горделиво выложила на стол лист бумаги с новой схемой, выполненной в незабываемой авторской манере. — Кажется, я отразила все.

— Что именно, Бася? Поясни. — Бабуля подсела к столу и развернула схему к себе.

Мы с Трошкиной встали за ее плечами и вытянули шеи.

— Это человек из-под кровати? — Я указала на угольно-черную фигурку. — А почему у него деревянная нога, как у пирата?

— Это прозрачный намек на его хромоту.

— А это котик, да? — Алка увидела что-то нестрашное и обрадовалась.

— Его я нарисовала просто для красоты, — призналась мамуля.

— Он прекрасен, — согласилась добрячка Трошкина, хотя котик работы мамули больше всего походил на печатную букву «м», накрытую сверху огурцом, к которому с одного конца крепился шарик с ушками, а с другого — крючковатая палочка.

— А это кто? — Бабуля постучала пальцем по треугольнику с ножками и стрекозиными глазами.

— Волоокая дева, которая искала свое полотенце, — первой догадалась я.

Не зря в нежном возрасте часами просиживала над подобными «раскрасками».

— Умница, Дюша, — благосклонно похвалила меня мамуля. — Это именно она.

— А это что за осьминог? — Бабуля поправила очки и ниже склонилась над рисунком.

— Это твой Василий с креслом в одной руке и полотенцем той девушки в другой, — объяснила художница.

— Совсем не похож! — обиделась за нового друга наша родная старушка.

— А это Роберт? — я опознала соседа, изображенного в стиле «палка-палка-огуречек», потому что к одной из его верхних конечностей была старательно пририсована пузатая бутылка.

Вот она, к слову, была вполне узнаваема. Мамуля даже выписала на ней микроскопическими буковками часть названия напитка: Asti.

— А это полицейские! — Следуя той же логике, Трошкина определила профпринадлежность группы палка-палка-огуречиков, вооруженных пистолетами.

Хотя мамуля коварно затруднила понимание, снабдив табельное оружие современных турецких полицейских дулом-раструбом, как у пистолей мушкетеров. С такими аксессуарами они больше походили на группу рекламщиков с мегафонами.

— А это паук, которого ты, мама, прибила. — Мамуля назвала последнего из изображенных ею персонажей и перешла к изложению сюжета. — Итак, смотрим: Черный человек прошел с балкона через гостиную и коридор в спальню девочек, а потом назад. — Она протянула сплошную линию до символически обозначенной кроватки и повела ее в обратном направлении, по пути ловко опутав изящной петелькой схематичного кота Запотыка. — Алибабаевич, волоокая дева и полицейские не продвинулись дальше прихожей, но только потому что мы их не пустили. — Она нарисовала острые стрелочки, направленные в глубь квартиры.

Все внимательно смотрели и слушали. Бабуля размеренно кивала.

— Теперь этот ваш Роберт. — Мамуля провела линию от огуречика с бутылкой через коридор в гостиную, там закрутила ее в клубочек, вывела на террасу и вернула обратно, вильнув еще в санузел. — Он, когда был у нас, разве что в спальни не заглянул.

«Только в одну спальню», — подумала я, но промолчала.

— А паучок, если считать и его, спустился в гостиную через дырочку в решетке вентиляции. — Мамуля восклицательным знаком с жирной точкой изобразила последний путь паучка. — И о чем нам это говорит?