Книга Козлёнок Алёнушка, страница 70 – Дарья Донцова

— Скорее всего, она к вам побежала, – кричала секретарю администратор, – вызывайте скорей охрану. Баба неадекватна.

Не успела помощница Никиты завершить разговор, как перед ее столом возникла странная особа с безумным взором. Она завопила:

— Я старшая сестра матери твоего начальника! Я гениальная художница. Я лучшая, великая. Я вундеркинд!

На шум из кабинета вышел сам Леонов. Надо отдать ему должное, он сразу понял, что видит больного человека, и повел разговор правильно.

— Анна! Объявляю вам выговор за то, что невнимательно отнеслись к моей тете. Немедленно вызывайте Александра Федоровича! Пусть он подаст чай, тот, что хранится в желтом комоде и предназначен для особых гостей! А мы пока поговорим. Неужели не видите, что перед вами лучший иллюстратор.

Вскоре появился мужчина с чашкой, он поставил ее перед безумной. Та мигом осушила емкость и вскоре заснула прямо в кресле в приемной.

Умная Анна сообразила, чего хочет начальник. В желтом комоде хранили разные лекарства, в их числе сильное снотворное. Чай с «наполнителем» подал шофер Леонова. Анна же вызвала психиатрическую платную помощь. «Тетю» доставили в самую обычную больницу. Оплачивать пребывание умалишенной в коммерческой клинике Леонов не собирался. Но через несколько дней Софья получила сообщение от Никиты. Тот предложил ей встретиться в ресторане.

Не успела Софья сесть за столик, как издатель осведомился:

— Это правда?

— Есть ли у вашей матери старшая сестра? – уточнила Софья. – Да. Ее зовут Елизавета Петровна. А я, наверное, ваша двоюродная тетя. Алёну воспитывала моя мама.

— Кто такая Алёна? – не понял Леонов.

— Вы на самом деле хотите знать правду? – осведомилась профессор.

Никита кивнул. Софья выложила все, что ей известно.

— Вы сделали вывод о том, что моя мать на самом деле Козлёнок Алёнушка, на основании родинки? – уточнил Леонов.

— Подобную за всю свою жизнь я видела только у той девочки, что жила в нашей семье, – подтвердила Софья Михайловна, – хотя понимаю, это не аргумент.

И рассказала все, что знала об Алёне.

— Согласны на тест ДНК? – осведомился Леонов, когда она замолчала.

— Нет проблем, – кивнула Софья, – но с одним условием. Я не хочу общаться с вашей матерью.

— У меня нет желания устраивать съезд родни, – озвучил свою позицию Леонов. – Мама воспитывала меня одна, отец ушел из жизни, когда я только родился. Если вы не ошиблись, если на самом деле женщина, которую вы патронируете, моя тетка, то я об этом никому сообщать не собираюсь. Что да как случилось у мамы в ранней юности, не мое дело. Елизавета Петровна – лучшая мать на свете. И никакие рассказы о брошенных когда-то ею младенцах меня не трогают. Перед нашей встречей я навел о вас справки. Понимаю, вы не тот человек, который решил породниться с обеспеченным человеком из меркантильных соображений.

— Упаси бог, – немедленно отреагировала Софья, – мне своих денег хватает. И мне ваше покровительство не требуется, я добилась успеха без чьей-либо помощи.

— Давайте посмотрим на результат исследования, а потом решим, как жить дальше, – предложил издатель.

— И как вы у матери мазок возьмете? – поинтересовалась Софья. – Не хотите ведь ей сообщать правду.

— Раз в году я отправляю Елизавету Петровну на обследование, – пояснил Никита, – ей скажут, что тест проводят по указанию врача на наличие каких-то там микробов. Мама знает: если речь идет о ее здоровье, спорить со мной бесполезно! Поэтому она беспрекословно выполнит все указания доктора.