Книга Алиби для землеройки, страница 55 – Дарья Донцова

— Если согласимся с тобой, – тихо произнес Степан, – то станет понятно, почему у Риммы Владимировны такая странная биография, в которой белые пятна и отсутствуют сведения о детстве и юности.

Саша кивнула:

— Могу еще предположить, что спасением Евгении занимался непрофессионал, поэтому он наделал массу ошибок. В особенности умиляет прием восемнадцатилетней Смирновой на должность врача-акушера.

— Есть два варианта, – объявил мой муж. – Или покровитель Евгении – из города Хвалынова, или он из руководителей области, где находится Михинск, или сидит выше и имеет связи в разных местах. Возможно, Кострова была его любовницей, внебрачной дочерью или сестрой.

— Жаль, что все наши рассуждения – только догадки, – вздохнула я.

— Есть еще кое-что, – остановила меня Саша.

— Что именно? – насторожилась я.

— Евгения родилась в тысяча девятьсот шестьдесят третьем, – затараторила Саша, – пропала в девяносто пятом. Тридцать два года ей тогда было. Значит, сейчас мадам слегка за шестьдесят. Похоже, жизнь женщины была клубком вранья, – усмехнулась Саша. – И размотать его непросто.

— Итак, что имеем, – нахмурился Степан. – Если кратко, то Евгения Кострова халатно отнеслась к Ирисовой, и та умерла. А вот младенец выжил. Какова его судьба? Как Лидия Саркисова узнала, что Смирнова – это Евгения? Давайте предположим, что Лида искала убийцу Натальи и нашла. Где сейчас Саркисова?.. А куда подевался Никита? О нем нет никаких сведений. Если мы подозреваем, что Кострова стала Смирновой, то кто ее родители? Вдруг отец или мать еще живы? Вероятно, им что-нибудь известно о той истории.

— Охо-хо… – вздохнула Саша. – Мне потребуется некоторое время для поиска ответов.

Степан посмотрел на часы:

— Засиделись мы. Пора по домам.

— Ну и хорошо, что люстра кокнулась, – рассмеялся муж, – могу наконец сказать правду: она мне никогда не нравилась.

Я изумилась:

— Ты же пришел в восторг, когда ее увидел! Сказал: «Вилка, замечательный выбор!»

— Как ты поступишь, увидев меня в прихожей… ну, например, с одноногой табуреткой цвета пьяного поросенка? – осведомился муж, разламывая котлету вилкой. – Я ее тебе показываю, прыгаю от радости, размахиваю руками, кричу: «Смотри, красота невероятная! Мечтал о такой! Удобная, стильная, украсит интерьер! Каждый раз, садясь на нее, буду визжать от счастья!»

— Визжать от счастья! Такое поведение несвойственно тебе, – хихикнула я. – И хочется посмотреть, как ты устроишься на одноногой табуретке!

— Твоя реакция какая будет? – продолжал Степа. – Ответь!

— Ну, я подумаю, что ты устал, много работаешь. Если дурацкая табуретка приносит тебе радость, спорить не стану. Квартира большая, найдется местечко для этого уродца. Сказала бы: «Боже, вот же красота!»

Я замолчала.

— Продолжай, продолжай, – попросил муж, наливая себе чай, – слушаю внимательно.

— Светильник из магазина доставили в день покупки. Я быстро вызвала мастера – хотела тебя удивить. Когда ты домой вошел, я прыгала от восторга. Ты восхитился красотой светильника и моим вкусом. Значит, соврал тогда?

— Ну не говорить же правду, – улыбнулся Степан. – Зайка моя в восторге, а тут я с вопросом: «Где ты взяла это хрустальное чудовище?» А сейчас кот порядок навел, за что ему спасибо. Кстати, куда он подевался?