Книга Алиби для землеройки, страница 48 – Дарья Донцова

Я положила телефон на стол. Потянулись минуты. Через четверть часа мне стало не по себе – неужели «Скорая» не появится? И куда подевался кот? В квартире полная тишина. Мне захотелось понять, куда он делся, и я крикнула:

— Эй, парень, ты где?

В ответ донеслись шорох, позвякивание и скрип.

— Чем ты занимаешься? – забеспокоилась я. – Немедленно прекрати! А ну иди сюда! Живо!

— Бегу, бегу! – раздался голос.

Я обомлела! Котенок способен говорить?!

В ту же секунду передо мной возникла молодая женщина в куртке с надписью «Скорая помощь». Пару секунд мы молча смотрели друг на друга, потом незнакомка крикнула:

— Елена Львовна! Она в самом деле в кастрюле сидит!

— Дай глянуть, – попросило меццо, и я увидела тетеньку неопределенных лет в такой же одежде. – Я офигеваю! Ой, простите, случайно вырвалось… Катя, похоже, это не наш случай. Дорогая Виола, а где ваш мальчик?

— Вон он, возле мойки сидит. Набезобразничал, и никакого стыда в глазах!

Обе женщины обернулись.

— Кот! – воскликнула медсестра.

— Я офигеваю! – снова выпалила врач. – Ой, простите, я опять нечаянно… Почему вы животное называете мальчиком?

— Так он не девочка, – удивилась я вопросу. – Ветеринар вчера объяснил, что найденыш – мужского пола. Мы его подобрали, имя пока не придумали.

Елена Львовна вынула телефон:

— Сергей Петрович, отбой. Ребенка нет, у нее кот. Но вызов не ложный, она в самом деле сидит в кастрюле… Да не животное, а хозяйка. Сейчас видео сброшу, ловите. – Наступила тишина, потом доктор опять продолжила: – Мне это не по зубам. Позову Федора. Если он спасует, тогда Гришу придется дернуть.

Потом она засунула телефон в карман.

— Вы подумали, что на люстре висит маленький ребенок? – догадалась я. – Каким образом он бы туда залез?

Елена Львовна молча вышла в коридор.

— Если бы вы знали, какие штуки мы видим порой, то не стали бы сейчас так говорить, – высказалась Екатерина. – Вы со светильника специально в кастрюлю сигали вниз спиной? Ну и меткость у вас!

— Че надо? Пока ваще не понял, – произнес мужчина лет сорока, входя в кухню. – Ух ты! Ежкин-мартышкин! Ну и икебаба! Думал, уж ничем меня не удивить, десять лет за рулем «Скорой», всего навидался, но это хит! Фотку можно сделать? Боюсь, начну рассказывать – мужики не поверят!

— Понимаю ваш восторг, но мне хочется освободиться! – заныла я. – Разрежьте кастрюлю пилой! Или такой штукой, электрической!

— Ага! – кивнул Федя. – Ума у вас палата! Если начну нержавейку пилить, то прощай ваша задница! Сейчас решу проблему. Фигня, но сразу предупреждаю, что ваш кухонный аксессуар покойником из-за моих действий станет. Без жалоб потом!

— Плевать на кастрюлю! – воскликнула я.

Федор прищурился:

— Ага! Каждый так говорит, когда ему хвост прищемило! Недавно пришлось на тетке сапог разрезать – в ДТП она попала. Вот тоже распорядилась: «Делайте что хотите, только помогите!» А потом телегу накатала, дескать, я ей испортил новую дорогую обувь, должен теперь выплатить миллион, иначе бабень не утешится! Моральная и финансовая травма у нее!

— Оставите меня сидеть в кастрюле? – перепугалась я.

— Ну не, не сволочи мы, – забормотал Федор. – Хотя ваш случай не медицинский, жизни не угрожает – можем и уехать.

Я воспрянула духом:

— Нет-нет, это ваш профиль! У меня из-за впихивания тела в кастрюлю нарушилось кровообращение! Давление ух как поднялось! Пока вызову МЧС, пока придут – появится гангрена!